Вверх страницы
Вниз страницы

Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations

Объявление


Hellcome на ролевую DH: The dead nations.
Мы не_каноничная Хеталия. Мотивы ролевой: военные действия, кризисы, употребление наркотических средств, постельные сцены, политота, заговоры, противостояние, АНГСТ, Dark!AU, etc.
Игра расчитана на толковую аудиторию, интересующуюся происходящим на современной мировой арене Нашистам и пацриотам вход СТРОГО на три буквы. Остальные, в том числе водоросли и тролли - к черту вас, ибо тут атмосфера печали и 4ever безлюдья (ну, типа, нас всегда мало, актив в пример). Элита тематического мрачного мира. Масонство. Ролевая активная социопатия. Грубо, сурово, вкусно. Одним словом, дискриминация.

Руководство:
Соединенные Штаты Америки
Масон. Миром правит.
Отвечает за все и всех на свете, за всеми следит, сила его безгранична, ибо он офигителен. Бывает в сети часто, делает всем падлу. С предложениями обращаться к нему на рассмотрение.

The United Nations
Анонимус.
Великий и почти что всемогущий, типа золоторукий раб-исполнитель и шептун, но по-факту вообще ничего в этом мире не значит.
Новости:
Каникулы ушли, пришли будти тлена. Темы подчищены. Продолжаем, господа.

Хотим и очень ждем:
РОССИЯ, УКРАИНА, ИЗРАИЛЬ, ГЕРМАНИЯ, КИТАЙ, Ю. КОРЕЯ, БРИТАНЕЦ, АРАБЫ, ВРАЖДЕБНЫЕ СТРАНЫ & co - САТАНА ЖДЕТ ВАС.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations » Мавзолей "DH: NWD" » Нефть - это кровь, твоя земля, твоя плоть (Россия, США)


Нефть - это кровь, твоя земля, твоя плоть (Россия, США)

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Время, место: Якутск, 9 марта 2016
Погода:  -20, что для России – холодно, ну и гуляй, суровые Сибирские морозы не для слабаков. А вот для юго-западной страны, привыкшей к теплу да солнцу, это явно испытание. Осадков нет, небо ясное, зато морозит-то хорошенько. В общем, добро пожаловать в Сибирь и «давай, до свиданья!»
Участники: Россия, США
http://s3.uploads.ru/eiSNs.jpg
Суть:  Москва – не Россия. Все, что за столицей – это и есть настоящая Россия. Омск, Новокузнецк, Якутск, Норильск, Хабаровск, Курск, Брянск. Никто все еще не смог найти решения, способного хотя бы немного улучшить условия жизни дальше границ московской и ленинградской области, а гнилью давно пахнет и в этих богатейших центрах. А потому правительство приняло решение – развивать Дальний Восток и Сибирь, «Скландайк русских земель» и ее же кладовка. Хоть как-то. Хотя бы формально. Карманы можно набивать и таким образом. Но вот незадача – закон о продаже нефтедобывающий промышленности  только русским предпринимателям не принес ожидаемых результатов, лишь усилив коррупцию, олигархию и богатства верхушки. Наверное, было бы неплохо немного изменить концепцию. Но ведь это так трудно: когда у тебя есть ресурсы, ты прекрасно знаешь, что все готовы растащить их, оставили тебя без того единственного, что у тебя есть, вытерев ноги и затянув в долги и пучину бед. А потому нужно искать альтернативу. И некоторые китайские и европейские предприниматели, кажется, уже просекли «фишку», способную помочь им заполучить желаемое.
В Америке, однако, борьба за первенство в нефте-владении продолжается, становится все более жесткой и суровой, а потому действовать приходится оперативно. Благо, что британские и американские предприниматели, в отличие от своих конкурентов, давно варятся в русском соку, а кое-кто даже имеет некоторые владения здесь, уже добывая драгоценные нефть и газ. А, значит, у Америки есть малое, но все же преимущество – протоптанная дорога и щели в законе, которыми грех не воспользоваться.
И именно для этого американец совершает визит в глубь Российской Федерации – посмотреть, углубить свои «корни», а, при возможности, уточнить о намерениях Брагинского и прийти с ним к какому-то забавному соглашению, а, быть может, и придумать совместную концепцию, что стало бы переломом на очень многих фронтах.
Ну а говорить, что творится в голове у Иванушки да чего он ждет от этого визита – себя не любить. Он уже успел подружиться с Китаем, однако тот подал голос и начал диктовать самостоятельно, теперь скромно не прячась за спиной Москвы. Запад и Восток - как трудно быть вечно между ними, да еще и с богатствами.  Россия хоть и наивный да «немного того», а ведь мозг ему пока еще никто не удалил. Как, впрочем, и неопределенное будущее и крайнюю необходимости что-то менять.


Итог:

0

2

В моей альтернативе есть логический блок,
Спасающий меня от ненужных ходов,
Некий переносной five o'clock,
Моя уверенность в том, что я не готов.

Иван задумчиво топтался по скрипящему снегу, нарезая вокруг сугроба мелкие круги. Закрытый на обед киоск нещадно мозолил глаза, хотелось курить, и предательски мёрзли кончики пальцев в карманах пальто, но всё равно было как-то светло и хорошо на душе. Он ждал чего-то от сегодняшнего дня, чего-то вполне определённого –  потому что рано или поздно всё это должно закончиться, и раз уж дуракам так часто везёт – почему бы не повезти и в этот раз?..
Конечно, везучим себя Иван мог назвать только с очень большой натяжкой. Однако он ясно видел перед собой пространство вариантов и чётко понимал, что к чему. Во что бы то ни стало следовало держать равновесие. Шаг вбок – и всё полетит кувырком. Прежде чем кидаться куда-то, надо обеспечить себе путь назад; на собственном опыте Иван убеждался в этом непомерное количество раз, и продолжал всё так же наступать на одни и те же грабли. Чуть-чуть дашь Китаю порулить – и потеряешь всё. Позволишь западной концепции ещё хоть немного продвинуться – и можешь начинать подыскивать урну для праха. Но ведь совсем не давать нельзя. Потому что от былого влияния осталась фига с маслом. И если не разрешать довлеющим над тобой силам постоять немножко у штурвала, они отберут его сами; более того, они передерутся за него, с мясом вырвут этот самый штурвал из палубы и благословляющим пинком отправят тебя в открытое море. Ещё совсем недавно данный сюжет представлялся русскому чем-то вроде мрачной сказки, однако теперь было понятно, что ожидать чего-то подобного можно в очень скором времени.
Дабы отвлечься от тяжёлых мыслей, Иван склонился над сугробом и ковырнул свежую корку наста, обнажая сухой ещё и хрустящий снег. Да, снежков из такого не полепишь… Впрочем, попробовать можно; чем, собственно, он и занялся в ожидании торжественного возвращения с обеда хозяйки киоска.
Снежки выходили не очень. Иван аккуратно складывал рассыпающиеся комки на верхушку сугроба и время от времени отходил, чтобы полюбоваться сооружением. Когда пальцы окончательно перестали сгибаться, а чёрные перчатки задубели настолько, что ими без проблем можно было заколачивать гвозди, киоск наконец открылся.
Иван купил сигареты, кое-как вскрыл пачку и со второй попытки закурил, щурясь в ледяное небо. Мороз и солнце, день чудесный… а Германа всё нет. Джонса, то есть. Может, заблудился и умер от холода?.. Брагинский отогнал от себя соблазнительную мысль. Нет, конечно, не заблудился. Просто встретиться они должны были не здесь, а на другом конце города, куда Ивану было отчаянно лень ехать. При желании – он был уверен – Альфред всегда мог найти его сам. Рыбак рыбака…
А уж то, зачем Джонс сюда приехал, вообще без вопросов заставило бы американца тащиться хоть в Якутию, хоть в Бурятию, хоть в Ханты-Мансийский округ. И не его одного. За богатствами Ивановых земель охотились не одну сотню лет – ещё бы, огромная страна с огромными ресурсами, лакомый кусочек для любого иностранного государства… Если к нефти, лесу и газу прибавить то, как сильно Россия ослабела за последние полтора века, выйдет, что такую страну просто грех не заиметь в свои владения. Впрочем, Джонс ехал сюда не совсем за этим. То есть, и за этим, конечно, тоже, но косвенно – на данный момент гораздо больше самих земель его интересовало то, что под этими самыми землями скрывается.
К сожалению, кроме широты и размаха русской души, Иван на конкретный период времени мог похвастаться только тем, что так своевременно дала ему природа, и что он так старательно растрачивал, не имея других возможностей заполучить хоть мало-мальски годное влияние; а если быть точнее – нефтью.
Конечно, влияние это было весьма сомнительно.
Но других инструментов, при помощи которых он мог бы решить поставленные задачи, у него не было.
Он остро нуждался в альтернативе. На одной нефти долго не протянешь; к тому же, сама по себе порою она доставляла ему больше неудобств, чем пользы.
Украсив горку снежков на сугробе мятым окурком, Иван решил, что дело сделано и огляделся в поисках скамейки. Она вскоре обнаружилась – занесённая снегом по самую спинку. Устроившись на самой верхней (и единственно доступной) доске, он вытянул из пачки ещё одну сигарету и бездумно уставился в сверкающую белизну снега.

И когда я думал, что был начеку,
Сигнал был подан, и выстрел был дан,
И меня спасло только то,
Что я в тот момент был слегка пьян.

+1

3

Убежал – не возвращайся,
Влез на крышу – не спускайся,
В поле черный всадник рыщет
Из гнезда упавших ищет.

О Сибири ходило много слухов. О лесах, особенно много - об углеводородах. Но и о суровом климате можно было услышать не меньше. Медведи, балалайка, водка, один человек на несколько километров - этот стереотип зародился именно благодаря сибирским морозам. И, не будь у Америки холодной Аляски (к слову, когда-то принадлежавшей Брагинскому, а потому, наверное, и холодной), да канадского братца, американец наверняка каждый раз делал бы все на свете, лишь бы вытаскивать русского туда, где теплее. Хоть немного. Джонс, не смотря на весьма вредную погоду на родине, все же привык к теплу, а то и смертельной жаре.
Но не о том речь. Эта часть слухов может быть забыта и оставлена на потом, ибо практического интереса и пользы не носила. Его все же интересовала та их обширная часть, что называется "нефть, газ, уголь". Если совсем прямо говорить, без пустозвона. И приехал в Россию американец именно для того, чтобы с Иваном договориться по-поводу его проклятых (это глупо оспаривать) ископаемых или поставить того перед фактом, если что-то пойдет не так. Все это в целом поступок вынужденный, хоть важные аргументы и были на стороне Джонса.
  Если бы нефть медведя была бы настолько сильно нужна, то кусок дальнего востока отхапался бы еще до прихода Путина, за первый срок неплохо надувшего пыли вокруг России. Но этой нужды не было - смотри, но молча облизывайся. Потому что у тебя есть свое черное золото, потому что ты скупаешь его в Африке, на Ближнем Востоке, в Канаде. Зато прекрасный повод ненавидеть чертового пьяницу еще больше - тот так и не научился распоряжаться подарками природы.
  Как-то непроизвольно вспомнился рассказ одного русского работника, разговор с которым Альфреду посчастливилось услышать при визите к Артуру: "У нас нефть-то вся разливается.. Так бурлят, словно конца и края ей нет. Половина разливается, а как становится трудно добывать - они это, скважину-то бросают, ничем не залив... и течет нефть дальше, почем зря, и природу-то загрязняет. А позвали меня как-то к себе на соседнюю скважину британцы, поломку ликвидировать. Так это просто небо и земля! Столовая - не то, что у нас. Добывается все аккуратно, чтобы не дай Бог ничего не утекло. Скважины полу-пустыми не бросают - все выкачивают, а потом заливают. А ведь русские специалисты не хуже, честное слово не хуже! Да вот только кому из наших это надо..."
Джонс хмыкнул и остановился, с некоторой надеждой уставившись на свой навигатор через слегка запотевшие от его теплого дыхания очки.
Ну конечно, еще бы хорошо тут ловил. Спасибо, что город не мелкий, есть еще хоть какой-то сигнал. И, зараза, холодно. На улице март, а русской природе все не по чем. Это заставило блондина сильнее затянуть шарф и натянуть шапку на уши. Определенно, Ал плохо переносил холод. Знал, что это такое, не умирал и вынес бы, в случае нужды, хоть все -50, но любви и радости это явно не прибавляло. Бело, уныло, совсем не по-американски. А потому стоит ускориться. Быстрее пришел - быстрее ушел.
Думает, падла, что я ему все дам. Самым хитрым и умным себя возомнил. Как же. А мысли, в совершенно не свойственной первой военной и политической стране манере, заставляли перекатываться по телу комочкам негодования и ущемленного самомнения. Сглупил, как сглупил, а. В очередной раз убеждаюсь, что нужно было его еще тогда подавить, вместе с СССР... пришлось бы сэкономить на Ираке, но сейчас бы сидел, припеваючи, и по всяким холодрыгам не ездил. Какие-то детские раздражительность и обида не давали внутренне успокоиться, сделать серьезное лицо и просто судить объективно. Все в любом случае сложилось бы так. Советы сами себя давили, а Джонс лишь помог им освободиться. Красного Дракона американец и вовсе кормил из собственной руки и, чего клеветать, продолжает делать это дальше, теперь лишь напялив перчатки. И, какая ирония, все это делает и того, и другого в равной степени взаимно зависимыми, что значит - слабыми. Во времена Холодной Войны соперники истощались, но и усиливались одновременно с этим. Кто первый устал и захотел отдыху - тот и слабое звено. А сейчас... Сейчас было слишком много игроков, чтобы идти подобным путем. Теперь еще и угнетенные страны третьего мира заявляют о себе и, в перспективе нескольких десятилетий, вполне возможно, что историческим врагам придется начать друг-друга терпеть, а где особенно надо - игнорировать, дабы окончательно не потерять потом и кровью, хитростью и ложью заработанные места.
 
По воде шагают ноги,
в Царство нет другой дороги,
на воде Иисуса след –
в рай пути другого нет.

А Ваня сейчас был нужен как раз для того, чтобы в "той самой перспективе" Соединенные Штаты Америки оставались важнейшим игроком, одной из составляющих, а не рядовой страной, экономически повторившей судьбу Совка, а Россия не стала европейской запущенной страной, потерявшей 1/3 своих знаменитых богатых земель, пребывая в статусе между "нищим государством" и "зависимым нищим государством". Россия-сырьевой придаток. Определенно, этот вариант Америке нравился куда больше. Слишком многое связывало этих двоих, чтобы отказаться от пинков этой огромной неподвижной туши, вечно маячащую перед глазами на саммитах ООН,  и дать кому-то что-то от нее откоцать. О глупом и доверчивом Ване стоит позаботиться. Кто. как Америка, способен это сделать? В конце-то концов, ВТО, в которое тот так стремился, и само его добивает, а экономическое сотрудничество со столь запущенной страной - огромная перспектива. В первую очередь выгодная Джонсу, а если Брагинский все верно поймет и подумает, то тогда и ему. Русский наверняка и сам прекрасно понимал свое незавидное положение, хоть им же и можно-таки очень здорово воспользоваться. Да вот влияния маловато, а тиски с двух сторон слишком сильны. А нефть... у России она просто была, в то время как ценами на нее уже давно управляли США и КНР, все чаще конфликтуя по этому поводу. Ведь им тоже было плохо. У них, мягко говоря, тоже не все в порядке. Очень не в порядке.

  Ваню Альфред искал довольно долго. Не раз уже мысленно назвал всеми ласковыми, проклял и Сибирь, и снег, и вообще все на свете. Странно только, что настроение при этом было просто изумительное - подпорченное холодом и незнакомым местом, совершено не похожим на мегаполисы США, а оттого, по мнению Джонса, не особенно продвинутым, оно тешилось планами, грядущими решениями и тем, что-таки: "Что, не ждали? А я под бок пришел! И покряхти мне что-то, китаец не демократичный. У нас тут твои планы". Это если говорить утрированно, ведь не трудно догадаться, что подобными рассуждениями блондин лишь отвлекался от всей серьезности происходящего, особенности нынешнего положения и собственного настроя, направленного на деловые подвиги, коренные повороты как минимум в двух секторах экономики, по поводу чего испытывалось некоторое волнение и подозрение, все же давящее на внешне превосходное настроение. Такое вот противоречие.
Зато как увидел Брагинского, так увидел сразу. Как ни странно, шевелений это не вызвало никаких. Надо - значит надо. Как говорил Задорнов:"Америка говорит, что нас не любит. А как будто мы ее очень!" Они собрались обсуждать важные, а потому свой яд и неприязнь стоит хоть куда-то запихнуть, не допуская утечки. Он не будет менять себя, но скроет лишнее. Ваня и сам знает о своей тонкостях и прелестях русско-американских отношениях и высокомерной позиции Джонса.
Запихнул руки в карманы куртки и, ускорив шаг, подошел к скамейке, улыбнувшись белоснежной обаятельной голливудской улыбкой. Это, все же, помогало согреваться и являлось той частью американской культуры, что уже успела сложиться за последние сто лет. А ведь хотелось сказать какую-то колкость, черт возьми. Но тс-с, держать себя в руках. Дипломат.
- Все куришь, - блондин прокашлялся, поспешно натянув на нос шарф. У него тоже были курильщики, а в некоторых штатах даже разрешена марихуана, однако в целом он проводил активную пропаганду здорового образа жизни и боролся с курением. Весьма эффективно, если не затрагивать больную для всех тему молодежи. А потому запах хоть и привычен, а все же не приятен. - Впрочем, твое здоровье, - Альфред выпустил через шарф теплый воздух, от чего от него отошел легкий пар.
Итак барахлишь, куда тебе отказываться от одной из самых прибыльных отраслей, ага. Тихо хмыкнул, уставив слегка прищуренные от неприятного холода голубые глаза куда-то вдаль.
Понеслась.

Нефть горит, кровь пролита,
Ко кресту Земля прибита,
Конец фильма, песня спета
В дверь стучится конец света.

+1

4

В моей альтернативе ни покрышки, ни дна,
Я, правда, стою, но непонятно, на чём.
Все уже забыли, в чем наша вина,
А я до сих пор уверен, что мы ни при чём...

- Всё куришь. Впрочем, твоё здоровье.
Всё-таки нашёл, и притом довольно скоро. Ещё сигарета не успела дотлеть до половины, а Джонс уже тут как тут. За широкой его улыбкой просвечивало явное недовольство погодными условиями. Это тебе не Калифорния, удовлетворённо подумал Брагинский и тут же заметил, как морщится американец от ничтожной порции табачного дыма, стремящегося заползти под рукав Иванового пальто.
Неженка.
Доброжелательно приподняв уголки губ чуть выше, чем обычно, Иван щелчком отправил недокуренную сигарету в снег и приглашающе похлопал по деревянной спинке рядом с собой (заранее уверенный, что Джонс не сядет).  Просто жест, означающий некоторую степень доверия. Жест, который скорее всего вряд ли будет правильно понят. Ну и пусть. Иван привык играть во всё это сам для себя. Вежливость, правила приличия, сочинённые им самим… Когда-то давным-давно его кто-то спросил, почему он всё время улыбается. На языке вертелся единственно верный ответ: «Если я не буду улыбаться, люди начнут думать, что я хочу их убить». Но Иван не стал тогда ничего отвечать, по привычке оставив свои мысли при себе. Этика-эстетика, театр для одного человека. Со стороны это, конечно, вообще не выглядело как соблюдение каких-то норм поведения – но Ивану и не нужно было одобрения со стороны. Он играл в это сам для себя. Хоть и не всегда был собственной игрой доволен.
Теперь же у действия появился зритель.
Честно говоря, особых надежд на этот разговор Иван не возлагал. Просто чувствовал, что что-то изменится, но вот что – пока оставалось загадкой.
Зато Джонс явно надеялся заполучить с этой беседы материальную выгоду – иначе не попёрся бы чёрт знает куда, не стал бы бродить по Якутску в поисках Брагинского, вообще не тратил бы силы и время на этот странный визит. Когда Ивану что-то надо было от Альфреда – они встречались в условленном месте, которое назначал последний, и уж конечно это было не на открытом воздухе в минусовую температуру. А занесённая снегом скамейка возле серого подъезда пятиэтажки на окраине города, кажется, не до конца соответствовала представлениям Джонса о месте проведения серьёзного разговора. Но раз уж так получилось – Иван мог позволить себе немного побаловаться. Уступая, впрочем, в некоторых вещах (это диктовали ему собственные правила приличия): Джонсу не нравился запах табака, и русский избавил его от необходимости дышать сигаретным дымом (хотя вполне мог бы наплевать на это).
Он поднял глаза, рассматривая возвышающегося над ним американца. Тот, видимо, заранее предполагал, что март в Сибири – не самый тёплый месяц в году, и потому экипировался как мог: шапка, шарф, тёплые сапоги… Очки Альфреда снизу покрылись едва заметной полоской инея от быстро замерзающего пара изо рта и даже немного запотели; щёки раскраснелись от крепкого морозца и быстрой ходьбы; белые от холода губы чуть выглядывали из-за широкой полосы шерстяного шарфа. Просто картина маслом: американец в -20 по Цельсию. Смотреть приятно.
Однако молчание затягивалось, и, хотя Брагинского это совершенно не напрягало, разговор всё же должен был так или иначе начаться.
-  Так чего же ты хочешь, Джонс? – мягко задал наводящий вопрос Иван.


И нелепо делать вид, что я стою у руля,
Когда вокруг столько кармы и Инь и Янь,
И в самом деле - пусть все течет, как течет,
Ну а я - слегка пьян.

0

5

И сказал Бог: "Да будет свет!"
И сказал Бог: "Да будет твердь!"
И сама собой возникла нефть,
Не то чтобы рядом, но где-то здесь.

Встречи с Ваней всегда были особенными. Мимолетные или не очень - не припоминалось ни единого случая, когда Джонс чувствовал бы себя как обычно. Можно видеть в этом чисто историческую подоплеку: когда молодые Штаты обрели Независимость, старушка Россия уже была Империей и составляла конкуренцию Британской. Располагалась при том под самым боком еще небольших и довольно слабых Штатов, война на территории которых уже стала чуть ли не синонимом слову "стабильность". А потом чертова аренда-продажа Аляски, очень странная по своей сути и вообще мировой пренцендент, первая толковая встреча с Иваном. Уже тогда все криво-боком пошло. А потом Мировые Войны, только лишь отдалившие очевидных континентальных гигантов друг от друга. Разница становилась теперь явной: первый летит вверх, давая делать другим, второй падает вниз, будучи тем самым "другим" и делая все за первого. Да и Холодная Война, пожалуй, навсегда оставила своей след... Джонс особенно изменился после Вьетнама, Иван - после Афганистана. Разве что Американец в итоге все-таки потерял интерес к захватывающей игре: держать мир на грани Третей Мировой, конечно, занятие увлекательное и самомнение раздувающее, однако Альфред рос. Росли и его амбиции. А игрушки холодной эпохи стали обходиться слишком дорого. Так потом еще и мальчик из соседней песочницы сам сломал домик и лопатку, что отбивает интерес к игре как минимум у того, чей домик все еще цел, хоть уже и рассыпается из-за сухого песка. Осталось только странное, малоприятное чувство в адрес непонятного и живучего русского. Даже когда тот стал совсем послушным и слабым. Отторжение.   
  Быть может и потому, что все та же история США являлась зеркальным, слегка убыстренным прототипом российской. Не верите? И слава богу. Уж слишком блондин не любил эту тему.
  Уже не считал Россию врагом - что в понимании Штатов является синонимом к "опасный, угрожающий национальным интересам" - с чем его правительство было совершенно солидарно, хоть и лукавило. А власть Брагинского все более и более очевидно демонстрировала, что мало ей игрушек Холодной Войны - та продолжается, США по-прежнему внешняя угроза. Ничего страшного, что интересы у врага народа нынче изменились - красной тряпкой помахать, вдруг быком окажется. Да только у Альфреда это вызывало невольный смех: когда в доме все плохо, а красивая покраска стен даже снаружи начинает трескаться, то показать на чей-то лучший дом со словами: "Это его жители ночью всю штукатурку на кухне соскребли, сломали стулья и съели все продукты", когда у тех уже давно ключи только от старых замков... прекрасный выход. Глупый, не гордый. Даже не смотря на то, что и сам Америка прибегал к подобным методам. Периодически. Зато ничего при этом не скрывал. А потому и забавлялся с Вани: стареет сам, стареют подчиненные игрушки, коррупция в верхах не дает ни новых найти, ни хотя бы взять штурвал старичков в свои руки. Но игру все же поддерживал. Наверное, кураж не иссяк полностью.
   Не завидно, не завидно. А теперь и со всех сторон его сильнейшие державы давят - судьба незавидная. Зато какая забота: лишь бы русскому скучно не было, а на устаревшую берлогу при игре и внимание-то особенно не обращаешь. Медведю и так сгодится. Мир с заботой проследит, чтобы обновок тому не понадобилось. Значит, США уже не в стороне. Как-то странно повязались, должно быть.

Каждый день в окне
Вены бирюза
Молнии из глаз
Вечная весна
С пулей в голове
С горем пополам
Кровь и молоко
Не помогут нам
Если рвется под кожей зверь
Значит все для него теперь
Выжигает наши сердца
Навсегда вместе
Навсегда врозь
Навсегда зверь

Когда-то кто-то умный сказал: "Альфред, держись дальше от Брагинского. Ограничь все возможные связи с ним, потому что любое ваше общение и соприкосновение, в том числе и экономическое, обернется трагедией для всего мира. Запомни только, что трагедии бывают разными". И пусть в молодости Джонс не особенно понимал, что это значит, все же придерживался именно этого плана. Лез вперед, всех вытаскивал д выстраивал, а Ваню просто не спрашивал, нравится ли ему сияющая американская фигура, вечная идущая впереди. И делал бы так еще много лет, получая удовольствие, верша справедливость, чихая на собственные внутренние проблемы, ведь при любом раскладе делает все правильно. Лучше всем и для всех. Это у него так хорошо получается!
Да вот только со временем кое-что все же менялось. Не в лучшую для Альфреда сторону. Переворачивать это (войны, кризисы, взлеты, катаклизмы) выгоды ради становилось все сложнее - кубы держали многие, руки других тоже тянулись, а дубинка пока еще пугала, но уже не полностью сдерживала. Уж лучше попробовать что-то новое. Ибо все становится хуже, в скором времени и остатки не растеряешь, ибо не останется вообще ниччего. Американец же всегда успеет спрятаться, уйти, переложить на другого, исчезнуть - потому стоит отойти от сказанного кем-то на шаг. В конце-то концов, нефть будет добывать не лично Джонс. И какая разница - она просто будет добываться здесь. Не больше. Это ни к чему не обязывает. В конце-то концов, на Ванино благо и только. А как же иначе? Повтор: Америка позаботится о всех и каждом. Уже подарил ему демократию, которую тот сломал и теперь нагло винил в этом американца. Подарит еще что-то. Позаботится, вылечит, займется дрессировкой. Иначе в бунтарской голове русского вновь запахнет революцией. Или чем по-страшнее, о чем даже думать было страшно. Альфред ведь знал, чем именно. Упаси о великий доллар!

  А потому как-то неловко было начинать. Точнее... настолько очевидно, что прямо хоть теряйся, хоть молча вручай документы. Но это первую минуту так - Брагинский спросил, Джонс сразу все вспомнил... И зачем, и почему, и плевать, что это все... в, с, для России.
- Я хочу вложить деньги в твои ресурсы. Вид у тебя в последнее время болезненный, и если бы только у тебя, а я не могу стоять в стороне, когда кому-то плохо. Научишься хоть чему-то полезному, - американец широко и лучезарно улыбнулся, подув на руки, которые уже благополучно высунуты из карманов. Он же не может стоять как столб и совершенно не жестикулировать, верно? Хотябы потому, что еще молодой и натурой активный. - Твои нефтяники очень этого ждут, а особенно талантливые даже делятся брешами в твоих законах, чтобы все было официально, но мне бы хотелось, чтобы бы и ты ждал. И поспособствовал. Ты же знаешь, что тебе это необходимо, правда? - Джонс чуть наклонил голову вправо, блеснув очками. А в глаз так что-то и бегает. Непрерывно и без страха. Как бы говорят, что все будет в любом случае. Глаза для них, видишь ли, маловаты. Сесть же не захотел. Просто не захотел. Да и когда стоишь - выше.

п.с. Вань, прости за столь стремное содержание. под психодел писалось ._.

+1

6

Дико захотелось покурить. Вот просто взять и достать из шинели , немного потрепанной временем , но давольно солидно державшейся, несмотря на заплатку на внутренней стороне, гласившей : «сделано в СССР», Взять и доcтaть из ее недр сигареты фирмы «Ява». Крепкие и жутко неприятные. Их многие не любят за стойкий запах, которым пропитывается вся одежда так, что потом только хлорка спасти может. А их крепость хуже настойки из березовых почек! Скручивает не только язык, но и все нутро. Однако эти сигареты так хорошо скрашивают тяжелые думы, что для Вани они больше напоминают детские леденцы на палочке, нежели вредителя здоровья. Пристрастился. Хотя все равно дороже водки и подсолнухов вряд ли он что-то найдет. Это самые незаменимые продукты и в обиходе, и на войне. Проверенно временем и жизнью. Причем на своей собственной шкуре. А сигареты - это так, чтобы не переломать шею некоторым личностям, стоявшим не так далеко и так корректно изъясняющим свои мысли. А вроде ведь и ничего не сказал толком. Так.. .В очередной раз захотел получить то, что ему надо и неважно как. И самое главное в лицо, бросая такие фразы, мол, у России больше нет иного выбора, чем то, что предлагает Джонс.
Совсем инстинкты к самосохранению атрофировались. Хотя о чем я? Их никогда и не было. Вспомнить ту же Холодную войну или еще чуть-чуть отмотать назад и припомнить «помощь» во время Второй мировой войны с его-то стороны. Эх..Особенно сейчас, когда мне как-то тяжеловато. Как это не прискорбно... аметистовые глаза пристально смотрели на Америку, пока тот активно излагал свой хронический хотит, который маскировал за чистыми убеждениями. Наивный ребенок.. Иногда казалось, что последний совершенно не понимает, что другие страны ВТО же могут быть в курсе, умеют играть в мировые игры , и правила Джонса их совершенно не устраивают. Не говоря уже о практических действиях. А его «героизм»- не что иное, как показуха для создания, поддержания собственного имиджа и восполнения своего вечного «Дай» и «Хочу».
- Я хочу вложить деньги в твои ресурсы. Вид у тебя в последнее время болезненный,а я не могу стоять в стороне, когда кому-то плохо. Научишься хоть чему-то полезному. Некое подобие презрения вперемешку с отвращением отразилось на лице,но тут же испарилось, оставляя на своем месте лишь усталость.  Вот оно опять.. Фальшь..Кругом фальшь.. Показушное "геройство" действительно начинало надоедать, требуя просто отключить мозг, дабы не воспринимать ненужную информацию,которая лишь походила на некий пустой звук. Не нужно, лишнее и слишком американское..Но хоть радует,что в лицо говорит такие важные вещи, как мои ресурсы.Хм..В таком случае осталось только услышать волшебную фразу и..
- Твои нефтяники очень этого ждут, но мне бы хотелось, чтобы бы и ты ждал. И поспособствовал. Ты же знаешь, что тебе это необходимо, правда? Губы растянулись в ироничной усмешке, а рука полезла во внутренний карман. Джонс всегда раздражал Россию. Одна только эта глупая вера в самого себя просто заставляла миролюбиво улыбаться, а в мыслях крутилось лишь одно единственное слово, которым можно было описать всего Америку раз и навсегда: дурак. Да. Ивану сейчас плохо и внешние инвестиции могли бы как-то помочь. Хотя бы несколько сбросить эту удавку в виде нехватки самых обыденных вещей. Натуральных. Но Иван прекрасно понимал, что оно смениться другой удавкой. И покрепче чем предыдущая. При чем она вцепиться так, что земля пропитается черным воском безудержной жадности, пропитывая все нутро своим ядом. Будет проникать все глубже и глубже, уничтожая бумажной единицей, которая правит этим миром, заставляя выбросить на помойку прежние устои. А ведь это самое страшное, когда ты теряешь себя. Так оно и будет если взять и поддаться такой маленькой и желанной победе, которая скрывает под собой потаенные закоулки неизвестности, словно айсберг. Но Америка не учитывает, что Россия не Титаник. И бумажки всякие, испещренные зеленной краской, похожей на зеленку, его не особо волнуют. Его волнует страна сама. Ее менталитет, будущее, народ. А вспоминать 90-е годы, когда Ваня стал очень добрым и позволил собой пользоваться другим странам, научили его кое-чему еще. Тому чего у Альфреда нет, и не будет никогда. Это страшное время научило Ивана осторожности. Важное несколько странное и специфическое качество. Но никто не говорил, что к нему не плюсуются другой, более сильный антураж. А если учитывать, что Америка не видит сейчас в России врага, то это даже несколько радует Ваню, ибо «не стоит недооценивать противника..Да. Это хорошая поговорка. Правда не помню откуда она взялась..» в кармане, в котором еще валялись ключи от дома, платок, какая-то мелочь старых времен ,пуля и складной стаканчик, пришлось покопаться прежде чем найти нужное. Но оно было все же успешно обнаружено и извлечено на белый свет. Облачко пара тут же митнулось в воздух, когда в руке появилась белая упаковка небольшого размера с помятыми краями, но вполне новая. Иван много курил в последнее время, поэтому пачка даже не успевала толком помяться и выглядела она совсем как новенькая. Красное пятно, золотые буквы, небрежно извивающиеся линии, которые тут же превращаются в слово: «Ява». Легко пройтись пальчиками по крышке, открыть и, вслушиваясь в речь оппонента, попытаться осознать, что в упаковке осталась одна штука. Сирота торчит своим темно-коричневым фильтром и манит, манит, говоря: закури-ка товарищ! А глаза тем временем медленно скользят по палатке, стоявшей несколько поодаль. Закрыта зараза... Снова вздох и снова не отпускающее, а только усилившееся желание покурить и не делать глупостей.
- Америка-сан..- спокойно начал Иван, небрежно ныряя свободной рукой в другой карман и доставая оттуда зажигалку. Слегка подцепил, как часто выражаются Украинцы, цыгарку, сжав меж холодными пальцами фильтр. - в общем,ты хочешь..-пауза..а все внимание поглощено сигаретой. Коричневая полоса, переходит в белую. Тонкая и, кажется, надавить сильней, она сломается.. Расправить плечи, стряхивая непонятную усталость, оторвать свой взгляд от сей вещи и устремить его на Альфреда, медленно, холодно растягивая слова, дабы все же закончить свой вопрос: заполучить мою нефть, да?
Несколько отрешенный взгляд, сменяется диким, неукротимым огнем, который полыхает в аметистовых глазах, словно отвечая на немой вызов, брошенный наглым американцем.

Отредактировано Россия (2012-10-20 19:53:38)

+1

7

Drops of a rain wash a face
Infinite pain among mute rain
Pleasure or madness?
I saw as angels stretched a hand,
They wanted to offer the help.

Все как по старинке. Не в самые лучшие, не в самые добрые, не в самые безопасные времена. Зато куда более стабильные и предсказуемые, чем сейчас. Есть два гиганта, оба презирают друг-друга. Весь мир это знает, а потому выбрал одну из трех позиций: с первым, со вторым, одинаково с обоими. Последних, впрочем, со временем становилось все меньше. То здесь, то там вспыхивали войны и обострялись "демонстрационные" вопросы, устраваемые все теми же двумя без прямых ударов по почкам. Пусть другие болеют. Но?.. Но всё всё равно оставалось стабильно. До поры до времени, оно было удобно обоим. Перспектива развиваться быстрее, что ли.
А теперь этих двоих не было. Двоих? Так веник смел лишь совок, а он, как известно - один. Зато второго покалечило время. Каждый, кто собирается взвалить на себя звание гегемона и полицейского, обязан быть готов к тому, что каждое неверное слово будет осуждаться и аукаться в разы сильнее, а камеры скрытого наблюдения никогда не перестанут смотреть. Любой надлом, любая излишняя увлеченность, поворот не в ту сторону, любое непродуманное движение, и все начнет нагнетаться. Потому что обиженные в прошлом в настоящем еще не забыли, все еще горят  желанием и не оставляют попыток расширить трещину, превратив ее в обрыв. И полицейский, в свою очередь, делает тоже самое. Но по правилам совершенно иным. И каким сильным ты бы не был, это на тебе скажется.
Так и выходит, что вместо одного появляются многие, от чего оставшийся Гигант и Герой всея планеты как-то теряется в этой массе, привлекая внимание к своей особенной стойкой персоне громкими возгласами. Самыми разными лозунгами. Но как будто устаревшими. Потому что мир и сам устарел. Как-то сильно. Со времен Маккиавелли так и остался эгоистичным, но теперь изящно прикрывающимся словами, оружием, бедностью и богатством. Ха-ха, мир. Поздравления: ты не меняешься ровно также, как эти два недруга не сумели выудить хоть какой-то урок из полувекового опыта пребывания на грани уничтожения этого чертового и тормозящего мира.
Ваня, ты до сих пор смотришь на вещи так, словно у айсберга есть одна лишь верхушка. Такие свойственные прошлому мысли. Даже их ход, казалось, не претерпел особенных изменений. Да, верно. Все мы знаем, как трудно принимать эти изменения. Особенно, когда мир прекрасно действует и по старым пластинкам. Где только ненависть, страх, зависть, эгоизм и запах местами запекшейся, а местами совсем свежей крови. Что ж, продолжаем, раз оно всем так нравится. Американцу не трудно соответствовать. Затянулся и, как и другие, местами забылся.
Курит? Все еще не избавился от старой привычки. Или это мое присутствие, как всегда, словно в  злободневные времена? Прекрасно, я до сих пор могу его раздражать. Что же, признаюсь, я тоже не в восторге от этой встречи. Тем более с Брагинским. Успел мне глаза своим Евразийским Союзом натереть всем, чем только можно, хоть силёхоньки и не расчитал. А вот тут уж кто бы заикался, но да ладно. Альфреду можно. Да черт с вами! В мыслях уж точно можно.. вот и прекрасно, мы договорились.
А еще дураком притворяется. А, нет, не притворяется, как я мог про это забыть - что есть, того не отнять. Знает же, что его бизнесмены с моими корпорациями все обходные пути закона обсудили. Сейчас или через год, а мои эмблемы здесь замелькают. Да вот только... лицо неизменно, хотя очень захотелось состроить недовольную рожицу, цокнуть и сесть в  теплый джип, который доставит блондина от черти знает откуда до аэропорта. Ну или типа того - что тут у Ванюши имеется?
Расходы на оборону то сокращаются, то увеличиваются. Странности с рабочими местами. Полная ж*па с нефтью, и вто же время с ней же все превосходно. Весь Ближний Восток под его прицелом, но при этом и сами США под прицелом ЕАС и АТР, которые, в свою очередь, вот-вот взорвутся от собственного внутреннего накала. Мысли о повторении Хиросимы и Нагасаки все более часты и уже не так безумны, как годом раньше, тем более, что свою ядерную прелесть бережно передал турку для хранения. Ведь и Иран планировалось взять за два месяца, и режим Асада планировалось свергнуть, но в последнее время мало что шло по плану. Как это раздражало, жгло неб, как эта чертова водка, которую Джонс решился попробовать во время покупки Аляски, будучи с Брагинским в неплохих отношениях. Ха-ха. Все у всех так странно. Наверное, это как-то непредсказуемо. Что даже страшно. ЕМУ, САМОМУ АЛЬФРЕДУ ДЖОНСУ! Но страшно не от крови, которая давно пресекла локти, а теперь стекает тонами, а сладкие слова слишком сильно политы медом. Страшно от того, что, черт возьми... это так круто! Авентура! Авентура! Или Авантюра?..
  А русский  все о своей нефти печется. И другие все о ней же... пекутся. Снова хаха. Когда же кое-кто избавить его от этого тяжкого и неизлечимого гемороя?
Свыкнувшись с тем, что курить Ваня на этот раз не перестанет (и отметив, что сигарет у того больше нет), американец поправил очки и, уставившись на свои руки в кожанных перчатках, чуть вытащил нос из шарфа, чтобы его было лучше слышно. Самому приятнее. А холод... Спасибо за Аляску! Нефть, холод, все как полагается. Так что потерпит. Себе же, любимому, на пользу.
- А кто не хочет? - Альфред усмехнулся, опустив руки и устремив взгляд прямо на Ивана, - Покажи мне хоть одну что-то из себя представляющую державу, которая бы от нее отказалась, - парень улыбнулся, запихнув руки в карманы. Ну да, привык жестикулировать, словно вечно агитируя вступить в партию и проголосовать за нужного президента. Или все же так и есть - всегда агитировал? В любом случае, привычку сдерживать нелегко. - Да ты и сам любишь чужую нефть, стоит заметить. Впрочем, речь сейчас и ни о том, и ни о другом. Я и вправду хочу инвестировать деньги в  "одного из трех советских китов". Давай скажем прямо: ты стараешься отказаться от моей валюты, товара, да и вообще любых связей. И я не горю желанием тебе мешать, пока это не опасно для доллара. Полагаю, Роумни и Путин достаточно накалили отношения между нашими администрациями, чтобы продолжать делать это. У тебя революционные настрои, у меня долги и Ближний Восток... уж плевать, что и тут мы пересекаемся, - Джонс говорил как можно проще, как-то даже доверительно, что лично его совершенно не смущало. Брагинский в лоб, значит и Альфред туда же. Только в ином направлении и со своеобразной... открытостью и честностью. Пропускать стоит то, что не хочется обсуждать, - так что будь объективен. С Артуром ты договорился, договорился и с Европой. И с Яо. Хуже тебе не стало, хотя они тоже "хотели твою нефть". Но и свободнее дышаться не начало. А моим капиталам дома тесно, им нужен выход. Выгодный и стабильный. Нефти у тебя много, добывают ее не сколько, сколько многим хотелось бы, а у меня много тех, кто умеет это делать. Смекаешь? Ты, считай, итак уже крупнейшая нефтяная компания в 5-ке, а инвестиций это прибавляет как-то... маловато. А у меня свои интересы, и сейчас они не против упустить дипломатию и влиться в неразработанное, - говорил американец быстро, как бы и зная, что сказать, но при этом обдумывая на ходу. Смотрится натурально так, и скажи, что не так. - А ты говоришь "мою нефть заполучить"... На это у меня был Горбачев и Ельцин. Но, как видишь, - блондин улыбнулся, наконец дав волю рукам и разведя ими, особенно  радуясь такой мелочи, что сигарета Ивана вот-вот обещает прийти в состояние негодности. А снег даже молодец - сыграл свою пользу, запах скрадывает.
What is your satisfaction?
I'll give you all you need
What do I have to do to make you want to fall in love with me?

   Я все говорю правильно. Разве я могу желать плохого Ивану? Просто у него руки, уши и глаза неверно функционируют. А если даже и могу, то... да ладно, об этом итак кричат много. Верно, разве что, я все это во имя национальных интересов. Правда так говорят, словно у меня и своих проблем нет. Он, конечно, окреп после 90-ых, это меня бесит, но нынче есть проблемы и покруче, лекарство же мое на Брагинского действует до сих пор. Волновался бы - запретил передвижение в Ульяновске, а теперь недовольство корчит. Поверил бы мне хоть раз нормально, разошлись бы в согласии. Но рожа у него, кончено, противная... Последняя мысль отвлекла от лицезрения какой-то части лица русского, и американец поспешил потянуться, вновь вернув руки в карманы.
А может я переборщил? Русские же не все свято верят, что Ромни спит и видет Холодную Войну, а нефтью бредит? А, плевать! Я никогда не говорю ничего лишнего. И как правдиво, замечу! Упущения в фактах и целях не есть ложь. Американская история никого ничему не учит, а давно пора бы присмотреться.
- Я могу и дальше копать, мол рабочие места, новые технологии, что в "американские" скважины всегда вкладывают и бла-бла-бла, да вот всех твоих страшилок мне из головы все равно не выгнать. Ты подумай, плохо ли тебе уступить моему желанию хотеть твою нефть. Я, к удивлению, честен с тобой на этот раз. Ты уж учти, ага, - и все также просто говорит. Впрочем, нотки самоуверенности и некоторой распущенности никуда не спрятать. Как и Ивану холодна в голове и презрения в глазах. Хотя последнее, определенно, взаимное. Но глаза разные, да. Это стоит уточнить.
Хотя есть в Ване какой-то намек на адекватность. Пока трубопровод китайцу в рот не построил... значит, понимает опасные последствия. Тогда обязан понять, что и мое присутствие ему просто необходимо. Я в этом вопросе компетентный и ни капли не упущу, ни одного гада не пропущу. Или все равно будет упираться? Тогда придется на Кавказ давить, а так не хочется... Денег итак уходит много, а курс упал.

We believe in everything we say,
We say it because we believe it.
We're from America,
You can sing it with me.

   А врал он превосходно. И в открытую. Только вот когда? Черт бы сам понимал. Так приятно верить в своими же слова и то, что вдалбливаешь как минимум двум миллиардам идиотов на протяжении почти ста лет. Другая сторона  этого нефтяного вопроса, насколько разговорчивым бы ни был Джонс, никогда не покинет его уст. Вето, только для хранения в личном архиве Соединенных Штатов. План Далласа, "желтая угроза", спасение от кризиса войной, истощение нефти для новых спекуляций и прочие "вкусные" темы, такие любимые СМИ и изжеванные настолько, что их правдивость и очевидна, и абсурдна одновременно.

You don't know how much I can get.
Theres nothing left i have to lose.
Baby, come on!
We're going through the process now
But will we ever settle down
I'm keeping up with the others

+1

8

Иногда просто устаешь от предсказуемости. Да так, что хочется забыться в чем-то более существенном, и больше не вспоминать, не разговаривать и даже не заикаться о таких банальных вещах. Иначе действительно тебя скрутит, расплющит и пустит на произвол как холостой патрон на волю антитерпимое существо, которое может вести себя совершенно не так как хотелось бы твоему собеседнику. И ЕМУ будет совершенно безразлично, долго ли ты его знаешь, насколько ценишь. Оно без разбора нахлынет аргументами и фактами, а там, что будет, то будет. И все эти фразы, которые просто льются в данный момент из уст Америки, как понос из одного очень чувствительного места, просто напросто, был действительно ожидаем. Настолько, что Ваня молча вслушивался в его изречения, в каких-то странах приравниваемые чуть ли не к молитве (Россия, конечно, в этот «элитный», буржуйский список не входит), и периодически подносил к своим губам сигарету.
Все-таки у него странное видение мира...промелькнуло в белобрысой голове, пока чуть отстраненный взгляд блуждал по фигуре Америки, периодически задерживаясь на его обветренных губах и руках.
Он так красиво это все говорит, складно, демократично..И так тошнотворно-убедительно, что надоело. Вроде и по делу, а все равно с какой-то сказочно-загадочной выгодой для себя. с американца взгляд плавно переметнулся на пятиэтажку рядом, для разнообразия впитывая в себя отечественную красоту былых времен, а сигарета машинально подносится ближе. Еле заметный вздох вперемешку с затяжкой тут же обогатил легкие лишней дозой никотина и сладковатой тяжестью, застилающей нутро. Секунда, две, три.. Хотя кого я обманываю. Сейчас все сами за себя и все преследуют какую-то выгоду В СВОЮ ПОЛЬЗУ. А ведь мы не одни! Мы живем друг с другом, бок о бок. Соседи своеобразные. А ведем себя как последние бляди... Забыли уже наверно, такие слова как «бескорыстная помощь», «любовь к ближнему», «совесть», «честь», «гордость». Раньше же они хоть немного, но скрашивали серость преемственности и обязанности. Помогали не унывать и ждать более счастливых времен что ли. Все стало только хуже. И спрашивается, куда катиться мир? Да все туда же. В никуда... Вот оно. Легкая, сладкая дрожь, словно сделали открытие века! Хех, нобелевскую в студию! Да только вперемешку с горечью, витающей уже какое поколение над земным шаром. Еще пара тройка..Прочувствовать каждой клеткой терпкий вкус табака, лишняя доля секунды, новые изречения, спокойный выдох.
- Нефть-то нужна всем,- подтвердил Брагинский чуть кивнув головой и тут же холодно добавил: - Но они не вламывались к другим странам, обвиняя их лидеров в терроризме или ином Мировом противостоянии. Прошествовать по ним с «демократической» целью во имя мира в мире и потом плакаться всем кому ни поподя о бесчеловечных поступках в отношении себя любимого потому что, понимаете ли, кого-то из твоих подстрелили или жестоко и бесчеловечно убили.
Новый вдох и снова холод на кончике языка с привкусом старины. Такой родной, что уже и не воспринимаешь фигуру перед собой как собеседника. Скорей как старую заезженную пластинку, истрепанную временем и не пригодную к записыванию на нее новшеств. Особенно, когда последний вспомнил 90-ые годы. Их вспомнил и Ваня. Эти испытания, всю ту грязь, что казалась лучиком надежды на спасение в этом аду, а в итоге, обернувшееся грязной всепоглощающей трясиной, из которой так просто не выкарабкаться, сколько не кричи и не зови на помощь. Тебя не спасет ничего. Даже порванная одежда, убитая в хлам и подернутая пеленой времен, и надломленный, сиплый голос умоляющий дать веру на что-то, что сможет спасти, прекрасно понимая, что звать- то некого..
Друзей же нет, не было и, видимо, не будет.. Как это не печально, но это именно так.. горькая усмешка, выдох. Хитрый прищур вновь блуждает по лицу Альфреда, а уши просто периодически пропускают информацию мимо. Не всю конечно, но ненужную точно.
- Помощь? - удивленный возглас, а бровь невольно поползла вверх. - И именно сейчас ты решил мне предложить ЭТУ помощь?
Предпоследнее слово прозрачно было подчеркнуло. Хоть голос Ивана и остался ровным и тихим, но воздух тут же потяжелел, а поднявшийся ветер лишь усугублял образ России.. Почему..Вот почему когда мне что-то нужно, то добиться этого чего-то я долго не могу. А если кому-то просто ..Вах как нужно- здесь и только сейчас. Да. Я получу деньги..Деньги за нефть, которая необходима моему народу. И больше чем уверен, что столько сколько запрошу. Но. Это вызывает лишь омерзение и дикое желание закончить этот бессмысленный разговор. Надежда, да? Шанс? Тьфу! Меня в меньшей степени сейчас волнует, что там ему от меня надо. Мы же сейчас строим новые магистрали, новые сообщения с более дальними городами, деревнями. Не все же перебрасывать Западу.. Хотя может и им перекрыть?Раз и все...Хм..нет, нельзя. Это все же спасает меня от некоторых трудностей..Усмешка мелькнула на его лице, плавно перетекая в приторно-сладкую улыбку.
- Ты какой-то загадочный Америка-кун..- протянул Брагинский все так же улыбаясь и крутя в своих руках остатки папироски. Тяжесть наваливалась с новой силой, а темно- лиловые всполохи непроизвольно окутали Ивана, стоило только напомнить еще и о нынешних делах. Холодная , липкая, манящая и тут же отталкивающая, она стала давить на Америку, неторопливо пробираясь к нему под одежду, залезая своими ледяными ручищами под кожу. Казалось, что лишь они одни остались в этом мире, на этой лавочке не известно где, и этот непробиваемый, лукавый взгляд сиреневых глаз напротив. Но.. Мгновение, и налетел ветерок, разбавив атмосферу, лавируя между фигурами и неся на своих невидимых крыльях белые снежинки, кидая их в лицо, дабы взбодрить. Аура тут же рассеялась, а Ваня, невинно улыбаясь, добавил:
- То ли ебнутый, то ли сказочный. И знаешь..- Ноги жутко затекли, а статика уже начинала требовать срочной смены положения. И никакой морозец этому не помеха. Что уж про снег в лицо говорить! Поэтому Иван просто поднялся, разминая ноги и затекшие мышцы. Судорожный вдох, закрыть глаза и услышать как где-то, что-то хрустнуло, стоило только наклониться в сторону; поднять руки и словно стараясь дотянуться до солнца распахнуть свои очи и уже взирая сверху вниз на Америку, затянуться в последний раз, спрыгнуть на землю, близко- близко подойти. Так, что можно было бы увидеть свое отражение в подернутых морозцем очках зачукотского мальчика. Растянуть губы, как в простонародье говорят, в ангельской улыбке и выдохнуть прямо в лицо, спокойно отвечая:
- Я говорю - нет.

+1

9

I used to think that you were pure
But now I see that you're just empty
Oh, lie to me, it's the new poetry
It's the language that we speak
I've become numb

Он  удивлен. Не в том смысле, что услышал что-то неожиданное, а как раз этим самым. И, признаться, американцу не всегда была понятна последовательность того, о чем говорил русский. Как и русскому в отношении слов американца. Так было раньше, так было сейчас, так будет и потом. Пора бы смериться, это да, но как-то хотело иметь общие черты пересечения и понимания хотя бы тогда, когда это действительно нужно.
И Ваня, не смотря на долгое и частое общение с ним, для Западного менталитета вел себя странно. Говорил - это уже понятно. Но, ребят, он игнорирует честность Альфреда? Шок. Серьезно, самый натуральный. Выходит какой-то ЛОЛ: Джонс врем и много недоговаривает - Брагинский безоговорочно следует его плану, стоит же ему дать намек на честность и сокрытие лишь основного - суровый NO. Напрашивается вопрос, совершенно реакционный: и как после этого понимать этот странный северный народ? То-то же. Никак.
  Идиот. Слепой, глухой, упертый, косой и неправильный медведь! Хорошо. Не понимает так, я скажу иначе. Хотя, конечно, странно, что его волнует только составная моей биографии, а не то, что я сказал о его же готовых к сотрудничеству предпринимателях или выгодной составляющей... Это.. нелогично! Черт возьми, ну правда, совсем нелогично! Да чтобы Ленин его в мавзолее перевернулся.
Вообще общаться с Ваней было забавно, в определенном роде. Мрачновато, горьковато, дискомфортно, противно, но... знаете, чарующе. Именно той самой тупостью, недальновидностью и непомерным желанием быть в ass, но своей ass. Because Russian is Russian only if he is poor in freedom(1). Это очень отличало его от европейцев: те были извращенно воинственными, при том, в большей степени, податливыми и сговорчивыми - если выгодно, европеец согласится. Потому что благополучие, спокойствие и возможность развиваться - то, что нужно европейским народам. России же это было не нужно до самой крайней степени: умру в нищете, но мяса с барского стола за работу в огороде не приму. Потому что барин - не народ.
А с ветерком Ваня баловаться умел. Как и с той гадостью, называемой его "аурой". Стоит признаться, что когда-то, пятьдесят лет назад, она и вправду заставляла американца пятиться, а реже - даже пугала. Но сейчас... Сейчас русский слишком слаб и изучен в этом отношении, чтобы Джонс принимал это близко к сердцу. Говорилось же ранее - с Россией забавно. Хотя даже этого признавать ой как не хотелось - лучше не иметь с ним никаких дел вовсе. Затягивает и самого способно сбить с первоначального пути. Это, пожалуй, бывший совок делать умел. Да чего там - и сейчас делает, как только может.  Но холод блондин не любил, а потому неприятные ощущения не избежать, американец существо теплолюбивое, хоть и способное быстро приспосабливаться, если одно место прижмет.
- What does `yobnytyy` means? Fucking freak? I think the same about you, Braginsky,(2) - не очень приятно, что Ваня выше Джонса на 7, а то и 8 см. Но это не суть - американец точно знал, что, в отличие от Брагинского еще молод, а геморройный статус "самой большой страны в мире", конечно, дает повод гордиться собой, но на примере все того же Вани явно показывает, что и слава богу. Зато улыбка в ответ довольная, ничуть не обиженная. - Sometimes Russians are stupid. Oh, sorry, it`s a national distinctive feature. But u know, I like it. Strange words, strange appearance and strange answer. It looks like u don`t want to hear what am I talking about. And u really don`t,(3) - странно, однако подобное поведение России американца лишь раззадорило. Он не привык, во-первых, к столь агрессивному и неуважительному поведению(разумеется, в свой адрес, хотя Ваня никогда и не вел себя иначе), и, во-вторых, к слову "нет". Как так: Америке и... "нет". Как? Да еще и столь необдуманно.
За выгоду кусок гордости от тебя не отвалится. Впрочем, неудивительно: собрать остатки гордости этому водкохлебу куда более важнее, чем в долгосрочной перспективе подумать о своем народе. Ха-ха, во дает!
Рука же сама потянулась к шарфу русского и, вцепившись в него, подтянула северянина еще ближе. Угроза? Нет, что вы. Америка дымом в рожу не дует, душить никого не намерен, но...
- And... don't try to scare me. I`m not Ukraine or Uzbekistan. You are too weak, so, remember about such important thing, (4) – не громко, но до жути пафосно и твердо. Прямо даже самому не поверилось, что это он сказал! Ладно-ладно, сверхдержаве и положено. А среди солдат в Иране вес же надо бывать реже. Еще немного, и повадки обаятельного американца и вправду станут какими-то милитаристскими. С другой стороны, не плохо бы. Слова окружающими понимаются слишком плохо. Наверное, вес же к сожалению. А рука благополучно отпустила шарф: пусть Брагинский двигается, как тому угодно. Хоть так стоять, хоть отойти, хоть уйти и не слушать. Коли совсем не повзрослел - пусть хоть Джонса в ответ за шарф дергает. Зима, снег, к месту, ага.. детский сад и песочница.
Джонс растянул на лице улыбку, выражающую некоторую смесь насмешки, только ему понятной радости и голливудского "тренинга". Так не хотелось "держать" лицо кирпичом, да еще и при этом... этом... русском (уже одно это последние десять лет звучало оскорбительно даже для многих из тех, кто когда-то был "частью и империи или союза").
Глупыми жестами стараться восстановить свой авторитет, причем в своих же глазах? Ваня-Ваня, ты все тот же ребенок с ядерной погремушкой, только теперь меньшей и протекающей.
- Что же, дело твое. Странно, конечно, что ты совершенно умышленно отказываешься смотреть на это с другой стороны. Не той, которая терпеть меня не может, а народной. Она явно отличная от твоего мрачного субъектива. Но да-да я помню, ваш странный русский менталитет мне не понять, - он говорил совершенно открыто, немного даже развязно, уверенно, как, впрочем, и без стеснения смотрел в глаза русскому, не спеша сокращать расстояние, которое тот ранее  намеренно уменьшал  для "своих маневров". - But let`s be serious,(5) - блондин, стоя вес также неподвижно, потер руки, которые от непривычки успели неприятно затечь. Взгляд довольно быстро изменил "настроение": не потерял бегающих чертиков и хитринку, но как-то заметно охладел, словно приобретя какую-то долю безразличия и "конструктивности по месту". Черт знает, так ли на самом деле было внутри самих Штатов. - Твой бюджет держится на нефти. Ты и сам знаешь, насколько сильная эта зависимость, что я не преувеличиваю. Я сижу на игле потребителя, ты - продавца. И я не понимаю, почему ты так открещиваешься от этой истины.  Мне также интересно: ты и вправду думаешь, что твоему правительству хватает денег на все, когда продается не так много, а цены не спешат расти, как на дрожжах? Угадай, отчего и благодаря кому это  так. А ты строишь города, дороги, инновационные центры... да плевать я хотел, на что ты тратишь эти деньги. Добываешь мало. Мало разрабатываешь. Настолько мало, что твой собственный рынок несет недостачи. А ты еще и экспортировать пытаешься... Вань, это и вправду смешно. При всем моем желании, чтобы ты и дальше влезал в долги и окочурился самостоятельным образом, я честно замечу, что даже мне это кажется абсурдным. И не мне одному, - засунул руки в карман, натянув шарф на нос. Все же веяло от Вани неприятным холодком, а от Джонса - теплом. Неприятно, повторюсь. А раз Брагинский слушает его через слово, как порой казалось американцу, чистотой произносимого можно пренебречь. Отдохнул в Сибири и вновь на фронт, считать труповозки и "вламываться к другим странам, обвиняя их лидеров в терроризме". А говорил совсем уж просто, словно на собрании Европейцев или обсуждении грядущих планов НАТО. - Твоя фишка непринятия всего, что идет с Запада во главе со мной очевидна и понятна. Да ради бога. Но неужели ты совсем не видишь - тебе почти каюк. Этот твой "новый союз" не выстрелил, а у Европы неплохая альтернатива уменьшить свою зависимость от тебя. Как и у меня от кого бы то ни было. Если игла приносит деньги, почему бы не воспользоваться ею? Упираться в то, что берлога у болота может уцелеть, отказываясь при этом вырыть новую в нескольких метра от нее... Я не понимаю и не хочу понимать мотивов твоих поступков, рыться в твоем внутреннем мире и экономике - своего хватает - но тут ты меня, признаюсь, удивил. Отказываться от покупателя, когда бизнес приносит малый доход и не работает даже в пол силы... Не знаю, как это нынче называется, - Альфред пожал плечами, делая шаг назад.
Если ли толк разговаривать дальше? Стоило сразу действовать через его лиц,  а не говорить на прямую. Тугодумит.
- Я не хочу, чтобы ты стал еще более слабым, чем есть сейчас. Не из-за любви к твоей физиономии, разумеется. Просто мне это не выгодно. А такими темпами у тебя останется единственный покупатель - Яо, который очень не любит переплачивать и без того имеет множество предложений от иных лиц. Это кончится тем, что ты будешь отдавать свое "золото" все дешевое и дешевле, тратя свой бесценный потенциал. И твои нефтяники прекрасно это понимают. Не хочешь понять ты - прекрасно. Я буду говорить с ними, хотя я рассчитывал на твое прямое участие. Законодательство Российской Федерации позволяет, - закончив болтологию, он развернулся, намереваясь завершить эту встречу.
Ваня сказал "нет". Хотел, чтобы Америка начал его переубеждать? Он начал. Не хотел - все равно начал переубеждать. Ну а дальше... пусть сам думает своим промерзшим и весьма эмоциональным мозгом. Прямо как липа. В случае чего американцу нетрудно остановиться и  задержаться, как и, впрочем, поставить небрежную карандашную точку в этом вопросе. В конце-то концов, сейчас перед Джонсом стоял ряд куда более важных, жизненно важных, вопросов. И в некоторых из них Ваня явно играл не важную, но очень заносчивую роль.
Запасы Ирана не вечны. И тебе бы было полезно подумать, кто будет следующим. И наладить отношения с тем, кому понадобятся новые запасы. Дурак. Вечно в своей песочнице не просидишь. Ни ты, ни я, ни кто бы то ни было.  Прелставь же себя через десять лет, а. Тогда у народа не будет ни Царя-батюшки Путина, ни дружственного Западу Медведева. Ни-че-го. Только зверь под Восточным боком, да и только. И долги при пустом кошельке. Хороша картинка, ничего не скажешь! Ха-а-ах.
А совсем близко, фактически, у границы России идет война. И очередная путевка в самый ее пыл американцу добровольно заказана. Потому что это – во имя народа, а дальнейшие перспективы рассмотрены со всех сторон. Не будет как раньше, а, значит, в любом случае принесет США пользу. Пожалуй, Ивану стоило бы научиться этому от Альфреда. Кто знает, быть может, и вправду стал бы «несокрушимым русским». Хотя да, смешно. Кто ему даст? Ни вражеский Запад, ни близкий сердцу Восток, ни уставшие бывшие союзные республики, ни заморские страны Южной Америки.
  А ведь предложение сегодня оказалось таким вкусным! Бери да в печь ложи, да и только.
_______________________________________________________
1 - Русский русским является только если беден в чувстве свободы.
2 - Что значит "ебнутый"? Конченный фрик? Тогда я думаю о тебе тоже самое, Брагинчкий
3 - Иногда русские такие тупые. Ой, прости, это же национальная отличительная чертаю Но ты знаешь, мне она нравится. Странные слова, странная внешность, странный ответ. Это выглядит так, словно ты не хочешь слышать то, о чем я тебе говорю. И ты действительно не хочешь
4 - И... не пугай меня. Я не Украина и не Узбекистан. Ты слишком слаб, не забывай об этой важной вещи.
5 - Но давай будем серьезными

0

10

Ох, он порой так предсказуем,что порой действительно складывается впечатление, что Запада слишком много...- мелькнуло в голове светловолосого юноши, стоило лишь услышать истерические нотки на его красноречивое высказывание.А ведь Ваня коротко и ясно дал понять, что он сейчас думает об Америке в целом и об его идее в частности. Но боюсь, что он меня не совсем понял...Хотя мне к этому не привыкать...
Руки начинало сводить от мороза,а наглое голубоглазое существо из-за границы  только активней проявляло себя, то ли в отместку за поруганную честь..Хотя какая честь?! Не думаю,что в его словарном запасе значиться это слово.. ,то ли из-за того, что начинает терять контроль над ситуацией , Джонс начал в отместку хватать Ивана за шарф и нелепо доказывать, что-то. Что-то, что нужно было ему самому нежели России. Что-то,что сможет с подвигнуть его на очередную глупость, дать толчок для дальнейших действий. И даже если это будет зависеть от миллионов людей, сердца Страны, которые пострадают от сей "идеи". Это не важно. Та же нефть- это же кровь Земли, которая рано или поздно,но иссякнет. И приведет к новым поискам. Заставят "мирными" путями добиваться того, из-а чего и начнутся войны, мировые кризисы и банальные нервные расстройства. Жизнь. Война за жизнь. Что может быть проще?! Однако, эта вещь (ценная вещь, как показывает опыт) достается нелегкими путями, где кто-нибудь, но страдает. Почему? Да потому что люди слишком эгоистичны, чтобы просто так кому-то помочь. Не все,конечно. Большинство. И Америка явно входит в этот черный список с его нелепыми, детскими манерами.
Может поэтому Ваня не врезал ему по морде, с умилением, радостно так созерцая, как алая кровь стекает по подбородку и оседает на белоснежном, холодном покрывале Земли?! Может поэтому пропустил мимо ушей все оскорбления, прекрасно понимая как Джонс , делает какие-то попытки к выживанию?! Может поэтому Ваня снисходительно улыбнулся  с толикой укора взирая сверху вниз на этого типичного американца, который наивно предполагает, что  нефть- единственная сила России.  Ну еще газ, и все. Больше нет ничего за счет чего бы Иван мог бы подняться. Но ведь обо всем не обязательно знать ни Америке, ни Западу, ни даже Китаю. Пусть думают что хотят, как и чем хотят.
- Хм..Вот оно как..- пропел Брагинский, ненароком смахивая с волос Альфреда пушистый снег, небрежно и чуть сильнее задевая макушку парня. Для профилактики так сказать. А чтобы хоть немного,но по умерил свой пыл , вкрадчиво добавил- Прямо как у американцев лживость и свинство! Ха-ха! И не говори, действительно, у всех свои тараканы в голове. Ой, прости..у тебя-то уж точно не там. Ибо в головушке твоей только вакуум, напичканный стероидами и химикатами двадцать первого века, изощренно выдаваемой за живительную влагу и именуемый- Кока-Колой.
Дежурная улыбка, невинный взгляд и непомерная радость где-то там, внутри. Радость, от осознания того, что американец опять повторяется. Немного другим контекстом излагая свои "праведные" идеи, но от этого-то суть не меняется. Как и не меняется решение Ивана.
Снег по-потихоньку набирает обороты, оседая наземь все больших и больших габаритах, разгоняемый лишь резвым ветерком. Мягким, плавно огибающим жилые постройки, фигуры, являющиеся неотъемлемой частью этой тайны. Играя, и лишний раз забрасывая в лицо Ивана новую порцию кристальной сказки, и для баланса сбрасывая его с зеленых пушистых веток новогодней именинницы- елки. Он словно говорит :Ты правильно сделал.. И не ошибся.- вторит мысленно блондин, искренне улыбаясь и наблюдая за удаляющимся иноземцем.
- Ты знаешь мой ответ.- тихо вкрадчиво произносит он, прекрасно понимая, что Джонс его услышит. Ветер донесет до него его слова. Звуки, извергаемые русским, но не его скрытую правду. И пусть..И хорошо. По крайней мере сейчас.
Там глубоко на душе тепло, легко, а сердце бешено гоняет горячую кровь, отбивая ритм жизни и вырываясь наружу невесомым облачком пара из приоткрытых губ, подернутых светло-белым с оттенком синего инеем. Взгляд устремлен в серое небо, бросающее белоснежные осколки, а рука уже отшвыривает окурок прочь.
- Нет.- срывается вдогонку ускользающей недосказанности. Все теперь будет по другому. И я верю. Все будет хорошо.- отражается в глазах цвета поздней сирени. Поворот. Невзначай наступить на остатки сигареты и удалиться, скрываясь в снежном вихре с уверенность в сердце и ласковой улыбкой на устах.

0

11

Эпизод завершен.

0


Вы здесь » Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations » Мавзолей "DH: NWD" » Нефть - это кровь, твоя земля, твоя плоть (Россия, США)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC