Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations » Вне официальной истории » Living Dead, walking Dead, they make you kill [16+]


Living Dead, walking Dead, they make you kill [16+]

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Место, время: 7 мая 2012 ( + ФБ), Нью-Йорк-Сити (в основном подземка), НЙ, США
Участники: Стив Адамс (США), Шэрил Смит (Вьетнам), Такеда Фудзиеми (Япония)

http://s9.uploads.ru/z6diw.jpg

Стив Адамс - сбежавший из-под политического заключения зэк (поэтому респектует баб), лидер, информацию о себе скрывает, 29
Шэрил Смит - бой-баба из нищенской семьи, воспитанная улицей, обезбашенная резкая телка, втайне прущаяся с геев, работает на самоотдачу, самоотверженная блондинка в стиле Рианы из Морского Боя, 24
Такеда Фудзиеми - буржуйный японец из богатой семьи, не приспособленный к жизни, попавший в США по научной программе. Ученый, мозг, стесняшка, латентный гей, 27

Американ хоррор стори на выживание. Что они тут потеряли? Надежду.

Осторожно! +16

+2

2

Бежишь ты такой значит с куском арматуры за спиной и потрепанной винтовкой в руках, а за тобой такая завидная толпа фанатов. Ну, тоесть не совсем завидная и не совсем твоих - скорее твоих мозгов и мяса, которые в головах всех этих почитателей с тебя уже смачно поодгрызали.
Ну так вот, в чем суть: бежишь ты, с ног сбиваешься, отстреливаешься, материшься за каждый не туда выпущенный патрон; сначала бежишь по улицам, затем выбегаешь на дорогу, потом бежишь, лишь бы бежать, а теперь как последний идиот носишься по рельсам метрополитена, все также неистово матерясь и надеясь, что кто-то да взорвет тормозящие бег  вагоны, а вместе с ними и тобои обожаемых приставучих фанатов; и бежишь, и бежишь... время то замедляется, словно слоу-мощион, то наоборот ускоряется; ты не делаешь двух вещей: не оборачиваешься и не падаешь, иначе тебя просто сожрут; тупо бежишь, как Форест Гамп, и бежишь. А в голове между тем иногда успевает по сорок девятому кругу прокрутиться вся жизнь, по восемьдесят второму промелькнуть повторяющиеся мысли, но кроме "ой бл*" и матов, разумеется. И ничего, что ты грязный, потный, наверное еще и воняешь как спаривающиеся скунсы.
     
  Под мыче-рыча-ржание зомбарей, крики тех,  кто устал или ступил, звуки ударов и выстрелов, а также различных сигнализаций вспоминаешь, как же чертовски круто было в тюрьме;
  В 21 веке прикольно быть сыном американского политика-демократа, если ты при этом расист. Ну там знаете Слава Конфедератам, выпереть из Техаса всех не наших, белые - это сила, очистить Нью-Йорк, чтобы тот перестал быть цветной шлюхой; это весело. Мордобой каждую пятницу, обезьянники, пара нелестных высказываний о черных не-собратьях на глазах у якобы очень толерантных журналистов, а у тебя ж папа, ты ж, бл*, в Америка живешь - го в тюрьму. Ну окей, ладно, там было весело тоже. Реально белый брат за белого брата, ибо... ибо тюрьмы битком набиты кем угодно, только не белыми. Тут тебе и разборки через день, и прекрасные матерно-иммигрантские перепалки трижды на дню,  изоляторы; но что самое крутое - в тюрьме ты качаешься. Два, тот, четыре, пять часов в день: в камере, а площадке, во время социальной работы, да где угодно; для того качаешься, чтобы быть офигенным качком, который будет мылиться рожами с не-белыми и доказывать, мать твою я поимел трижды, что белые братюни - братюни и на воле, и в тюрьме! Ну а там и рожу в сортир, и что похуже, и женщин порядком не предусмотрено... в общем, как вы поняли, кроме последнего - все там было зашибись.
  Вообще его колония жила настолько самобытно, что о случившемся говне тут узнали не сразу; более того: даже когда узнали, тюрьма долгое время оставалась нетронутой зомбарями, прямо как во всех пост-ап фильмах и книгах на темы выживания, где говорилось, что тюрьмы наиболее безопасны. На самом деле, они бы дольше продержались, да вот жратва закончилась быстро, завоза продовольствия не было, ну а дальше все по стандартному сценарию.
  Результат в виде потерянной тюрьмы, сказать прямо, теперь крайне удручал, однако появился один непередаваемо офигенный плюс: теперь можно быть мочить неров, латиносов, азиатов, да вообще всех небратюнь, ссылаясь на то, что те уже являлись жмуриками.  Из минусов - боезапасы не бесконечны, а отобранную у охранника винтовку еще нужно умудриться сохранить не у себя, не став убитым не только зомбарем, но и просто напросто другим заключенным. Перекрываем еще одним бонусом: статус папаши таки помог Стиву совсем точно узнать, где и откуда охрана получает свое обмундирование, а значит умудрился получить какой-никакой запас патронов, которых сейчас "много не бывает".
   Об остальном мы узнаем по ходу истории, потому что здесь воспоминания о прекрасном расистском прошлом обрываются и снова приходится отбиваться, на сей раз арматурой, от мозгожрателей, дабы не тратить драгоценные боеприпасы. И не говорите, что лучший выход сейчас  - идти в магазины оружия; сотни (тысячи?) людей подумали также, и потому теперь это место-привлечение для зомбарей. А вот когда все умрут (вы ж не думаете всерьез, то в Нью-Йорк многие носят оружие, не считая ниггеров)  можно и о вылазке подумать. Если, конечно, не откинешься раньше этого времени и сам.
   
  Прекрасную тишину и полу-тьму линий подземки планомерно нарушали звуки стучащих челюстей, разбрызгиваемых слюней, стоно-рычания и прочих не слишком прелестных звуков (к слову, видеть в рядах зомбарей белых братюнь - вот прямо больно, вот прямо очень, а белых красавиц - так вообще удар ниже пояса каждый раз, тьфу) и его чпок-чпок да стук-ступ ногами то по потекшим водоканалам метро, то по сухим тоннелям. В какой-то момент, правда, ноги как бы начинают намекать, что их режим Форест-автопилот долго не протянут, потому хорошо бы схорониться хоть на пару минут. Но как? Ты один, а сердечно признаться в любви твоему мясцу и мозгу готовы пара-десяток преследующих тебя гурманов позади.
  Чтобы увечить свои шансы "пропасть из виду", Стиву пришлось смешаться с толпой  в метро, лишь каким-то чудом свернув в один из подобных туннелей линии, пока остальные, а с ними и зомби, решили бежать по основному. Что же, ребят, очень жаль, что вы умрете, но да без обид, ладно? Мой батя-демократ давно говорил, что лютые республиканцы не доведут страну до добра! Так что без вопросов.

  Двигаясь максимально тихо, ближе к уровню бесшумно (и тоннель попался незатопленный), парень в итоге уперся в тупик, откуда еще утром должен был выехать поезд, но да не судьба: теперь тот стоял, обесточенный, пока даже зомби позабытый.
  Не будучи подключенным к сети, Адамс умудрился разжать его двери и запереться в одном из вагонов, рухнув там на одно из сидений; ноги аж пульсировали и, кажется, сердце было готово остановиться из-за резкой смены давления и количества адреналина в крови.
  Неожиданно совсем близко почувствовалось (да и в практически полной тишине послышалось) какое-то шевеление. Стив уже успел изучить звуки, которые издают зомби, и это не было похоже ни на один из них, однако инстинктивно все равно отпрыгнул и снял винтовку с предохранителя; затем включил фонарик-прицел на винтовке и... почти вздохнул с облегчением: перед ним оказался не зомби, и был бы парень более медленный - его бы самого ударили по голове куском открученной трубы (за которую обычно держатся люди в вагоне) по аналогичному подозрению (что он есть зомби).
- Е*ть, это было близко, - матернулся, но пока не спешил ставить винтовку на предохранитель. Если ее попытаются отнять, он просто замочит этого человека, и тогда придется баррикадироваться от зомби, которые наверняка услышат.

+1

3

Часы показывали десять. Ровно. 10.00. В голове било, пульсировало. Неприятно подташнивало. Дыхание давно сбилось, при каждом выдохе он уже начинал похрипывать. Была необходима остановка. Нужно перевести дух. Он огляделся, прислушался, не почувствовал ничего подозрительного и нырнул в ближайший спуск к метро. Старался двигаться быстро, но максимально бесшумно. Кажется, здесь уже этих уродов ничего не интересовало, и все они были давно на поверхности. Пробираясь почти на ощупь, черт знает сколько времени, по всевозможным проходам-переходам, в неверном слабом свечении оставшихся ламп, он углядел темную пасть вагона. Махина стояла заброшенная, никому не нужная и у Такеда сжалось сердце при мысли, что вот оно – полнейшее человеческое бессилье, при котором выход один – бросить все и бежать. Японец торопливо пробрался к дверцам и прислушался. Тишина обволакивала. Нет, ему невероятно, фантастически, удивительно повезло, ками-сама к нему благосклонны. Он нырнул внутрь и, приложив некоторые усилия, сдвинул двери. Послышался мягкий хлопок и японец замер. Ничего не изменилось. Ни одного звука. Его окружала гнетущая, но такая необходимая тишина. Он пробрался куда-то к самой стене, сел на пол, положил рядом чертов топорик, обнял колени и остался неподвижно сидеть.

То утро началось отвратительно. Кажется, накануне он явно хватил лишнего. Нет, вообще алкоголь он не переваривал как явление в принципе. Но именно такая система работы казалась ему самой приемлимой.
Когда ему приходила в голову определенная идея он просто запирался в своей лаборатории, находившейся в подвале своего небольшого, но такого уютненького дома, и мог оставаться там долгое время – до пары месяцев, усердно работая, выпивая, засыпая, что-то перекусывая и возвращаясь к работе. Тогда ему пришла в голову потрясающая идея. Он успел зафиксировать ее в своем блокноте, поднакидать примерный план развития мысли, отзвониться главным и попросить что-то вроде отпуска. Тут к нему давным-давно привыкли. Все знали – он может пропасть на месяц, а потом притащить очередную разработку, которая позволила бы выбить новый грант или подтвердить заявку на финансирование. Потому Такеда никто не трогал и спокойно отпускали на требуемое время. Тем более никаких дополнительных расходов это не несло – парень-японец находился на полном самообеспечении. И тут ему захотелось глотнуть чего-то горячительного. Никогда не хотелось, а тут завело. Он пошарил в своем баре, где в ровную линию выстроилось несколько весьма привлекательных бутылочек, ну знаете, на крайний случай. Он не любил приглашать никого в свой дом, предпочитал одиночество и тишину. Полки книжных шкафов ломились от томов всевозможных научных трудов. Но бывали моменты, когда просто приходилось устраивать небольшие встречи-фуршеты с коллегами или начальством. Такеда являлся выходцем из обеспеченной семьи, принадлежал штату ученых довольно крупной лаборатории, временами правила приличия требовали от него соблюдать некоторые каноны страны, где он жил. К США  у него отношение было далеко неоднозначное – здесь было слишком шумно и суматошно с одной стороны, а с другой именно тут он мог реализовать себя и заниматься тем, что ему интересно. Деньги семьи не пошли даром – он усердно и добросовестно вкладывал в себя и свое развитие. Достигал определенных высот и потому находил особую прелесть в нынешнем месторасположении. Ладно, зато здесь существовала особая свобода, да и воздухом дышалось легче.

И так вот. В тот вечер он раскопал початую бутылку виски и обнаружил в холодильнике пару стекляшек с содовой. Намешал коктейль. Глотнул. Содовой явно было больше, отчего он не даже не поморщился, а в животе разлилось приятное тепло. В общем, один за одним, он выпил ровно столько стаканов, что хватило на ноющую головную боль с утра и ненависть к окружающему миру.
Впрочем, никакой особой любви он к реальности и так не испытывал. Был у него сад камней да чайный домик, стилизованные под старину, вот и все места, которые он, пожалуй, любил что ли. Он и место жительства выбрал под стать – отдаленный от всех, находящийся среди зарослей деревьев домик в традиционном стиле. Добраться до него было не так просто – он предпочитал покой, тишину и отсутствие соседей. Вообще, чем меньше людей, тем лучше. Так вот. Материалы разработки, наконец, лежали аккуратной стопочкой на столе. Голова раскалывалась, от вида алкоголя воротило. Нужно было ехать в научный центр. Что-то он перекусил, привел себя в порядок, и отправил свой чудесный черный автомобиль в сторону выезда из города.
Проблемы не заставили себя ждать. Японец только выехал из лесополосы на большую дорогу, как от удивления затормозил. Нет, он всегда знал, что американцы – варвары. И вообще, всем белым присуща эта черта – безалаберности и небрежности, но чтобы вот так…
По обочине, в сторону от города стояли в ряд несколько автомобилей, пару фур, тройка грузовичков и еще нескольких транспортных средств. То есть, как «стояли», как если бы водители вдруг решили посбивать друг друга, потом все бросить кое-как и скрыться в неизвестном направлении. Такеда присмотрелся – кажется, никого, кому требовалась помощь не было. Не было полиции, не было скорой, не было эвакуаторов. Вообще никого. То есть совсем. Тишина и безмятежность. И груда покореженных машин. Это показалось ему невероятно странным. Он припарковался, вышел из автомобиля и подошел ближе. Нет, конечно, американцы ужасно странные и непонятные, но…не настолько, чтобы бросить все к черту исчезнуть. В животе что-то шевельнулось, какое неприятное предвкушение чего-то…нехорошего. В машинах оставались вещи. Словно кто-то куда-то бежал. Он поглядел на свои часы. Восемь утра. Снова перевел взгляд на машины. Ехали за город. Среди рабочей недели? Может, он не так вел счет дней? Сбился? Сегодня утро субботы? Или воскресенье? Что вообще происходит?
В смятении он вернулся за руль и погнал к городу. Долго гнать ему не пришлось. Через десяток километров он резко дал по тормозам. Точно такая же картина. Куча брошенных машин в сторону выезда. Что за черт? Он пропустил что-то важное сидя за исследованием?
Такеда подъехал поближе и тут услышал звук. Весьма странный. Повторяющийся, монотонный стук. Такеда медленно поехал вдоль машин, заглядывая в окна и убеждаясь, что везде валяются вещи, но нет ни одного человека. Ни жертв, ни живых. Звук тем временем приближался, становился громче и отчетливей, наконец, он увидел источник. Поравнявшись с одной из легковушек, он через лобовое стекло на месте водителя увидел... Девушку? существо явно женского пола-лица было не разглядеть из-за длинных спутанных светлых волос, падающих вперед, пристегнутое ремнем безопасности, монотонно…билось головой о руль. Такеда молча приблизился, опустил боковое стекло и крикнул:
- Мэм?
Никакой реакции. Звук продолжался. Действие продолжалось. Стало немного жутко. Японец гляделся. Ничего больше подозрительного не увидел, выбрался из машины и подошел ближе.
- Я могу вам помочь?
Ноль. Барышня продолжала самозабвенно биться головой. Такеда обошел ее автомобиль, подошел ближе и постучал в окно с ее стороны. Барышня на мгновение замерла и тут же резко развернулась кинувшись на стекло. Такеда увидел ее лицо, отшатнулся и поблагодарил богов, что она пристегнута. Барышня заживо гнила, лицо ее было в кроподтеках, кое-где облезла кожа,  за стеклом, явно выражая высокую заинтересованность в японце и агрессию. Из-за стекла раздавался глухой рык. Пары минут хватило, чтобы понять, что она не жертва катастрофы и помощь ей уже не нужна.
- F*ckin` shit…- выругался парень и растеряно огляделся. Подозрение стало совсем уж неприятным. Он вновь перевел взгляд на существо, которое начало так же целенаправленно бить кулаками по стеклу и разевать рот.
Такеда брезгливо отвернулся и вернулся в свою машину.
- Что за гребаная фигня, что тут происходит…- он достал телефон и попытался дозвониться до лаборатории. Сети не было. Он беспомощно посмотрел на ставший бестолковым телефон и опять оглянулся на машину с девушкой. Едва потеряв его из виду, она вернулась к своей увлекательной деятельности и продолжила набивать шишку на лбу.
Такеда сел в автомобиль и уже газанув как следует, двинул к городу, стараясь не думать, что там может его ждать.
Его преследовала мысль, что надо все бросить к черту и вернуться домой. Там есть бункер, там есть алкоголь. Там нетронутые приборы. Там книги, в конце концов. Еды хватило бы…ну на какое-то время. Может, даже на год. Нет, надо было убедиться сначала, что дело швах.
В этом он убедился довольно скоро. Едва количество сваленных машин стало увеличиваться. Едва он увидел зияющие пустоты на месте витрин и окон офисных зданий. Едва бросил взгляд на опустевшие улицы. Скоро стало невозможно ехать из-за металлолома, и Такеда остановился. Нужно было принять решение. Какого черта он сюда прется? Что если разумней было бы развернуться и дернуть обратно? Он потер лицо. Он потер лицо. Ненавидел принимать решения, ненавидел. Посмотрел на счетчик бензина. Может и не хватить на большое расстояние. Поднял глаза. Заправка. План действий моментально обозначился.
Заправив полный бак, Такеда помедлил и оставил на стойке пустой автозаправки пару бумажек. Ему не хотелось внезапно оказаться вором. Вдруг, проблема не такая серьезная? Хотя его внутренности сжались при виде окружающей разрухи. Он решил, что делом чести будет узнать, что произошло с лабораторией и научным составом. Было и еще одно обстоятельство, по которому ему хотелось там побывать. Вдруг удасться кого-то спасти. Кого-то. Хм. Спасти. От чего?...Ох.
Когда ехать стало уже совсем невозможно, японец аккуратно припарковался и вышел из машины. Ни одной души. Это его немного приободрило и он двинулся вперед по улице.
Дойти до ее конца не успел. За спиной послышался звук. Уже предчувствуя недоброе, Такеда обернулся. Обернулся и пожалел, что вышел из автомобиля. Что вообще вышел сегодня из дома. Навстречу ему двигалось нечто, их было двое и общеизвестным названием им было «зомби». Намерения их е оставляли сомнений, потому японец развернулся и побежал. Побежал обратно к машине, желая немедленно рвануть к жому и покончить там жизнь самоубийством. А возле его красотки уже кто-то терся. Кто-то настолько же неживой, как эти двое за спиной. Такеда занервничал, но старался не поддаваться панике. Пока все было больше похоже на компьютерную игру, чем на реальность. Он сделал глубокий вздох, чтобы представить, что еще не все потеряно и быстро огляделся. Топорик. Черт знает, кто его и когда бросил здесь, кажется, он не был чист. Но все было уже неважно. Он понятия не имел, что с ним делать, но его внушительный вес в руках придал уверенности. Итак. Машина. Такеда сделал шаг с твердым намерением бороться за свое имущество, как новый звук привлек его внимание. Откуда они брались черт бы их побрал?! Те вое уже были близко и японец понял, что он не может ничего сделать. Ужас парализовал его, он не может замахнуться, да и сил не было. Липкий кошмар помутил мозг. Зомбарей уже было штук шесть, перевес был на стороне неприятеля и эти скоты облепили его машину, на тепло они реагировали, что ли? Дальше уже было не важно. Японец развернулся и побежал. Просто побежал. Вперед, не разбирая дороги и уворачиваясь, от чего возможно. Страх гнал его, и противостоять было невозможно. Он сам не знал, сколько бежал и повсюду слышался топот мертвых ног и рычанье. И тут над улицей показался знак метро. Где-то в недрах сознания щелкнула спасительная мысль, что внизу их должно быть меньше. Черт знает, с чего, но почему-то.

Неизвестно, сколько он просидел не двигаясь в темноте, как вдруг раздался шум, грохот, звук раскрывающихся и закрывающихся створок и тишина. Тишина и прирывистое дыхание. Человеческое. Человеческое!...Такеда дернулся, вскакивая на ноги. Ками-сама, есть кто-то живой в этом кошмаре?
Оружие и свет в глаза немного испортили впечатление от встречи, но отступать Такеда не собирался.
-И-извините, не хотел вас пугать, - заикаясь и закашлявшись, произнес он. Потом глубоко вздохнул и продолжил:
- Не могли бы вы убрать фонарь? Я и так… и так ни черта не вижу. Я…вы живой? То есть я хотел сказать, совсем живой? Не как эти? Там машина, – более бодро продолжил он.- Полный бак. Вдвоем, вместе. Это не так страшно, как по отдельности, тем более у вас есть вон. – Он кивнул в сторону винтовки.
- А я вот, - он приподнял топорик, но сделал это максимально аккуратно, чтобы вновь прибывший не решил, что ему угрожают.
Давайте вместе! – кивнул Такеда и бессильно съехал на пол. Страх и непонимание происходящего, а так же внезапное из зоны комфорта окончательно его добили, и японец просто-напросто отключился, не договорив.

+1


Вы здесь » Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations » Вне официальной истории » Living Dead, walking Dead, they make you kill [16+]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC