Вверх страницы
Вниз страницы

Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations

Объявление


Hellcome на ролевую DH: The dead nations.
Мы не_каноничная Хеталия. Мотивы ролевой: военные действия, кризисы, употребление наркотических средств, постельные сцены, политота, заговоры, противостояние, АНГСТ, Dark!AU, etc.
Игра расчитана на толковую аудиторию, интересующуюся происходящим на современной мировой арене Нашистам и пацриотам вход СТРОГО на три буквы. Остальные, в том числе водоросли и тролли - к черту вас, ибо тут атмосфера печали и 4ever безлюдья (ну, типа, нас всегда мало, актив в пример). Элита тематического мрачного мира. Масонство. Ролевая активная социопатия. Грубо, сурово, вкусно. Одним словом, дискриминация.

Руководство:
Соединенные Штаты Америки
Масон. Миром правит.
Отвечает за все и всех на свете, за всеми следит, сила его безгранична, ибо он офигителен. Бывает в сети часто, делает всем падлу. С предложениями обращаться к нему на рассмотрение.

The United Nations
Анонимус.
Великий и почти что всемогущий, типа золоторукий раб-исполнитель и шептун, но по-факту вообще ничего в этом мире не значит.
Новости:
Каникулы ушли, пришли будти тлена. Темы подчищены. Продолжаем, господа.

Хотим и очень ждем:
РОССИЯ, УКРАИНА, ИЗРАИЛЬ, ГЕРМАНИЯ, КИТАЙ, Ю. КОРЕЯ, БРИТАНЕЦ, АРАБЫ, ВРАЖДЕБНЫЕ СТРАНЫ & co - САТАНА ЖДЕТ ВАС.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations » Моноквесты » Маленькая страна - огромные свершения


Маленькая страна - огромные свершения

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Империя Восходящего Солнца.

Отредактировано The Japan State (USA) (2014-09-21 19:31:57)

0

2

Отрезок  времени: Прошлое
Дата: август 1942 - февраль 1943
Событие: Битва за Гуадалканал
Итог: Позорное поражение Японской Империи на суше, на воде и в воздухе, повлекшее за собой коренной перелом в ходе Второй мировой войны и приведшее к перераспределению сфер влияния в Тихом океане.


Ласково улыбнись и сбей его.
(надпись-девиз на шарфе японского лётчика времен второй мировой войны)

Август 1943 года. Тихоокеанский театр военных действий. Штаб японской морской авиации на Соломоновых островах (о. Телаги (Гуадалканал))

- Чертовы «Дикие кошки» бьют на поражение. Вонючие янки, - крепкий, статный, хоть и невысокий японец, с презрением выплюнул ненавистное слово, - хорошо представляют, куда целиться. Горючее воспламеняется быстрее, чем пилот соображает, что произошло…
- Не время предаваться эмоциям, - сухо оборвал командира эскадрильи главнокомандующий Хонда Кику. – Предоставьте конкретные факты. Сколько? Где? – металлическим тоном Кику выстреливал вопросами в стоявшего перед ним навытяжку старшину Садаму Комати.
- 7 августа девятнадцать тысяч морских пехотинцев вооруженных сил Соединенных... – начал было докладывать покрасневший еще сильнее Садаму-сан, но Хонда звенящим голосом снова прервал его.
- Об этом мне известно. Жертвы. Сколько? – всадил еще пару слов Кику.
- 7 «Зеро», 3 «Оскара», - отчеканил командир.
- Причины?
- Высокий уровень прочности и вооружения «Дикой кошки» позволяет эффективнее использовать его в ближнем бою, это бомбардировщики высокого класса, мало того, они явно знают, куда бить – незащищенные топливные баки «Зеро» становятся легкой целью. Мы имеем преимущества в маневренном бою, однако американцы в первых же столкновениях показали истинное … мастерство, – заметно, что признание дается старшине с трудом.
- Благодарю за доклад, Садаму-сан. – Хонда слегка поклонился . – Держите себя в руках. Положение моего старого приятеля, однако, не дает вам право в столь трагичные моменты выражать свои эмоции настолько явно.
- Больше не повториться, Хонда-сама.
Покосившись на застывшего в глубоком поклоне старшину, Кику со вздохом принялся натягивать тонкие, эластичные перчатки из оленьей замши, завершавшие его летный костюм. Он уже с нетерпением ждал, когда окажется за штурвалом своего легкого, маневренного «Зеро», чтобы, в свою очередь, поднять боевой дух товарищей своим мастерством.
В дверь вежливо, но настойчиво постучали. На ответ Хонда, в кабинет стремительно вошел и застыл в вежливом поклоне худой, молодой японец.
- В ходе сражения за Соломоновы острова мы потеряли авианосоцец. Захват базы на Тенары провалился.  Полковник Итики, как подобает истинному японцу, совершил сэппуку, – четко отрапортовав в ответ на молчаливый знак Хонды, молодой армеец затих, ожидая дальнейших распоряжений. Весь вид его выражал глубокую скорбь. А в раскосых карих глазах читалось полная и непоколебимая решительность идти до конца, громить гайдзинов и вонзать в себя церемониальный кинжал снова и снова. С таким же видом летчики – камикадзе будут уходить на вылет в сорок пятом. Уходить, чтобы больше не вернуться.
Кику, сохраняя поразительное спокойствие, встретился глазами со старшиной. Тот замер с таким видом, что попадись в его руки сейчас американский пленный, он с удовольствием порвал бы его на части. Прямо почти так же, как поступали с пленными китайцами. Вспоминать об этом не хотелось, и Хонда кивнул рапортовавшему.
- Благодарю вас. Можете возвращаться со следующим донесением – всем силам – на суше, море, в воздухе, готовиться к контрнаступлению на американские позиции у Хендерсон-Филд. Атакуем в середине сентября. Не прекращать ежедневные вылеты. Не уклоняться от прямых столкновений с противником. Не подпускать на близкое расстояние, вынуждать к бою на дистанции. Во время ведения воздушных операций, не ломать строй. Ни при каких обстоятельствах не сдаваться в плен, – спокойно закончил Кику, глядя в глаза мальчишке, пожиравшего его теперь восхищенным взглядом.
- Кашикоморимашите!*– звонко ответил тот, низко поклонился, и, пятясь, покинул кабинет, неслышно прикрыв за собою дверь.
Оставшись наедине, старшина повернулся к Японии и прямо спросил:
- Надежда есть?
- Надежда всегда есть. – спокойно ответил Кику, проведя рукой по ножнам, висевшим на поясе.

Он не спал уже третьи сутки. «Дикие кошки» оправдывали свое название полностью. Донесения о сбитых истребителях, о сданных позициях, о том, что тот или иной отряд совершил массовое самоубийство, поступали изо дня в день.
Уже глубоко за полночь Кику, жуя недокуренную сигарету, сидел над бумагами, просматривая донесения о новых жертвах. Он гнал мысль о поражении прочь, но слишком хорошо понимал – несмотря на то, что биться будут до конца – они проиграли. Союзники имели все преимущества. Гуадалканал станет могилой не одной тысяче японских солдат. Сами американские военные приходили в ужас от самозабвенности, с которой солдаты Страны Восходящего Солнца подставлялись под пули, резались, стрелялись, когда выхода больше не было.
Им не запрещено было спасать жизнь, но попасть в плен – значит, опозорить себя, и, что еще страшнее, семью и род. Уронить честь в глазах Императора. О нет. Такого ни один уважающий себя японец допустить не мог. А уважали они себя все.
Да и что такое, в конце концов, смерть? Переход из одного состояния в другое…
Кику терпеть не мог курить, брался за это дело, только чтоб как-то ощутить себя живым. Он не чувствовал усталости, но чувствовал боль. Уже привык к ней – не проходящей ни на секунду, зудящей, надоедливой. Япония был совершенно спокоен, даже не так – почти с самых первых дней войны его обуяла ледяная безмятежность. Безмятежно наблюдал он за тем, как закалывали пленных китайцев, корейцев, как рвали на части, жгли, давили, резали, как кровь текла ручьями, собиралась у обочин дорог в ручейки и сливалась в сточную канаву. Безмятежно ходил он по улицам, перешагивая через изувеченные трупы, безмятежно решал, каким оружием лучше расправиться с теми или иными жертвами, безмятежно и самолично смывал вечером красную, липкую жидкость со своих тяжелых сапог. Безмятежно наносил удары  по самолетам, наблюдая, как те разлетаются в щепки, проносясь сквозь дымное облако вперемешку с обломками. Безмятежно вешал и расстреливал. Безмятежно приказывал подданным вонзать в себя ритуальные кинжалы.
Иногда, пристально разглядывая свое отражение в зеркале, он ловил себя на мысли, что глаза, смотрящие на него в ответ, имеют уже не карий, а бордово-красный оттенок.
Тогда он зажмуривался, покачивал головой влево – вправо, и снова смотрел на себя. Как правило, наваждение пропадало.
Только не в последнее время.
Кику глубоко вздохнул, отвлекаясь от мыслей, мешающих ему, между всего прочего сосредоточиться на документах, среди которых лежал и план отступления, присланный недавно из Токио. Там же говорилось и о прекращении действия «Недзуми Юсо»**. Хонда был обязан подчиниться приказу Императора, но решил медлить, насколько это представлялось возможным.
Японец чуть сдвинул листок в сторону и извлек из-под карты небольшой прямоугольник. Желтоватая, погнутая в нескольких местах фотокарточка. С начала операции, когда американцы наносили самые больные удары, среди них отличился вражеский командир, в первый же свой вылет ставший асом, и сбив не менее 5ти «Зеро». Хонда отдал личный приказ раздобыть изображение дерзкого гайдзина, самоотверженно бросавшегося на вражеские самолеты, да еще и увлекая за собой в бой отчаянный парней.
Теперь Кику в сотый раз вглядывался в улыбающееся лицо молодого блондина. Несмотря на то, что фото было черно-белым, японец был уверен в том, что у того голубые глаза, глядевшие с презрением на любую опасность. Никаких подтверждений тому, что это был именно тот человек, о котором думал Кику, не было. Более того, он слишком уверен в том, что выдает желаемое за действительное. Правда, мало ли в этой проклятой Америке молодых, смелых, отчаянных парней, растянувших губы в огромной улыбке, идущих на смерть, наплевав на все и ведя за собой таких же уверенных в себе? Да на каждом шагу.
Он снова смял снимок, яростно сжимая кулаки. Нельзя проиграть эту адскую войну. Нельзя. Как же так? Столько усилий. Столько… Он слишком четко понимал – в этот раз Альфред Джонс не оставит все просто так. Его страна очень полезна в геополитическом плане. Захлопнуть материк с двух сторон. Держать под контролем Азию. Влиять на брата. Хонда отшвырнул карточку в сторону. Наденет поводок. Заставит ходить на задних лапах.
Он. Не. Должен. Потерять. Гуадалканал.

Февраль 1943 года. Тихоокеанский театр военных действий. Штаб американской морской авиации на Соломоновых островах (о. Гуадалканал).

Токио не стал тормозить с эвакуацией и закрывать глаза на происходящее. Около одиннадцати тысячи японцев переправлены на Тенаро. Война еще не окончена, но Гуадалканал больше ему не принадлежит.
Морозным зимним утром, на рассвете, «Зеро» набрал высоту и легко подчиняясь команде опытного пилота, повернул на запад, к американской морской базе на юге Тихого океана. Видимость была великолепной, на высоте держался морозец, но Хонда не волновался по этому поводу. Недавно введенные в обращение очки с электроподогревом великолепно справлялись со своей обязанностью. Кику потянул штурвал на себя, снижая скорость. Вдали показались несколько самолетов противника. Они совершали ежеутренний разведполет в прибрежной зоне. Японец, держась выше, был для них незаметен. Приблизившись на максимально возможное расстояние, он, не колеблясь, привел орудия в боевую готовность, и долбанул очередью сначала по одному, затем по другому самолетам. Убедившись, что обломки рухнули в воду, Кику, взял снова вверх, в наглую пролетая над береговой линией. Через пару минут ему наперерез направились еще три «Дикие кошки». Хонда, увернувшись, принялся маневрировать, держась на безопасном расстоянии. Варварские самолеты перестроились – один висел на хвосте, двое других обошли слева и справа. Японца охватил азарт. Он нырнул ниже, уходя вправо, что заставило левого на автомате последовать за ним. Правый же, который оказался теперь над Кику, естественно потерял того из виду. Японец, не теряя времени, сбавил ход, и резко дернувшись вверх, сел на хвост правому, атакуя. Тем временем, та «Кошка», что ранее была сзади, оказалась с Кику на одном уровне. Мельком глянув в ту сторону, Кику увидел пилота в шлеме и очках, который в свою очередь тоже разглядывал наглеца. Сбив одного, Хонда ушел влево, уклоняясь от обстрела топливных отсеков, и не давая тяжелым самолетам противника форы. Он хорошо помнил об их блестящих возможностях в ближнем бою, поэтому постарался снова оторваться. Двое ринулись догонять. Получалась неплохая игра в кошки-мышки.
Уведя за собой подальше от чертовой базы, чтобы не накрыли, если будут такие, остальные защитники, Кику совершил маневр, уйдя резко вверх и одновременно развернувшись. «Кошки» стремились изо всех сил сократить расстояние. Так же, оба американца, похоже, пытались взять Кику в тиски.
Хонда ушел из-под обстрела и, выбрав себе одного, ушел в пике. Левый остался позади, правый принялся догонять, Кику проведя еще два-три обманных маневра, оказался позади жертвы, и без сожаления дал очередь.
«Дикая кошка» разлетелась на множество частей. Пилот успел катапультироваться, Кику слишком увлекся его судьбой и совершил роковую ошибку.
Оставшийся целым, последний пилот подобрался ближе и пробил бак с горючим. Уже теряя высоту, Кику наугад дал очередь по сопернику, конечно, неудачную. Перед тем, как закрыть глаза Хонда торжественно поцеловал эмблему белой хризантемы на своем шарфе. Его смерть значила страшное. Но не страшнее того, что могло произойти вслед за потерей важного стратегического объекта в Тихом океане, да ещё и в пользу американцев. Нет. Уж лучше смерть. Смерть всей страны, чем поклонение белым.

Тишина звенела в ушах. Ничего не чувствовалось. Ничего не ощущалось. Почти. Чужое присутствие. Как будто кто-то рядом. Усилием воли заставив себя открыть глаза, Япония увидел склонившееся над ним лицо. На голове был надет шлем, такой можно увидеть на каждой потенциальной жертве – пилоте «Дикой кошки». Большие голубые глаза смотрели насмешливо. Через секунду губы американца расплылись в той самой, издевательской по мнению любого японца, улыбке, обнажив два ряда стройных, хороших, белых зубов. Через секунду Кику отключился и пришел в себя уже в госпитале, в самом Токио, куда был немедленно доставлен после обнаружения. До сих пор он не был уверен, видел ли кого-то в тот проклятый день, или это была только иллюзия, издёвка подсознания, въевшееся в мозг изображение с фотокарточки. Один факт не оставлял покоя – пропал ритуальный кинжал Кику, который пилот всегда носил с собой. Если очень пофантазировать, то возможно что кто-то предусмотрел попытку самоубийства проигравшей страны, и забрал его с собой. На память.

А войну Япония проиграл. Дальше ход истории известен.


__________________________________________________________________________
Комментарии:
* "Так точно!"
** Крысиная перевозка или Токийский экспресс - название военно-морских сил Японии организовывавших снабжение армейских сил, действующих на Соломоновых островах

Отредактировано The Japan State (USA) (2014-09-21 22:11:15)

+4


Вы здесь » Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations » Моноквесты » Маленькая страна - огромные свершения


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC