Вверх страницы
Вниз страницы

Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations

Объявление


Hellcome на ролевую DH: The dead nations.
Мы не_каноничная Хеталия. Мотивы ролевой: военные действия, кризисы, употребление наркотических средств, постельные сцены, политота, заговоры, противостояние, АНГСТ, Dark!AU, etc.
Игра расчитана на толковую аудиторию, интересующуюся происходящим на современной мировой арене Нашистам и пацриотам вход СТРОГО на три буквы. Остальные, в том числе водоросли и тролли - к черту вас, ибо тут атмосфера печали и 4ever безлюдья (ну, типа, нас всегда мало, актив в пример). Элита тематического мрачного мира. Масонство. Ролевая активная социопатия. Грубо, сурово, вкусно. Одним словом, дискриминация.

Руководство:
Соединенные Штаты Америки
Масон. Миром правит.
Отвечает за все и всех на свете, за всеми следит, сила его безгранична, ибо он офигителен. Бывает в сети часто, делает всем падлу. С предложениями обращаться к нему на рассмотрение.

The United Nations
Анонимус.
Великий и почти что всемогущий, типа золоторукий раб-исполнитель и шептун, но по-факту вообще ничего в этом мире не значит.
Новости:
Каникулы ушли, пришли будти тлена. Темы подчищены. Продолжаем, господа.

Хотим и очень ждем:
РОССИЯ, УКРАИНА, ИЗРАИЛЬ, ГЕРМАНИЯ, КИТАЙ, Ю. КОРЕЯ, БРИТАНЕЦ, АРАБЫ, ВРАЖДЕБНЫЕ СТРАНЫ & co - САТАНА ЖДЕТ ВАС.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations » Мавзолей "DH: NWD" » Предложил тебе свободу - ты сказала: "Не возьму" (Россия,Сибирь)


Предложил тебе свободу - ты сказала: "Не возьму" (Россия,Сибирь)

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Время, место: 20 апреля 2012, мэрия Новосибирска
Погода: +5, "типичная сибирская весна".
Участники: Сибирь, Россия
http://s2.uploads.ru/yFEpv.jpg
Суть: В.В. Путин предложил "новую версию проекта закона о создании госкомпании по развитию Восточной Сибири и Дальнего Востока, которая предполагает, что 16 субъектов РФ будут частично выведены из-под федеральных законов о недрах, лесах, земле, градостроительстве, трудовой деятельности и гражданстве".
Иван направляется к своей приемной дочери, дабы сообщить - теперь она вольна делать гораздо большее, чем раньше, у нее появится самостоятельность, а регионы получат возможность развиваться.  Сибирь, однако же, прекрасно понимает, что не от хорошей жизни отец решил предпринять подобное, послушав своего босса. Она не желает ни на шаг отдаляться от отца и хочет остаться под полноценным покровительством Российской Федерации.


Итог: После разговора с Сибирью, менее через неделю проект был временно заморожен и отправлен на доработку. Случайность ли?

0

2

Её "кабинет" располагался на последнем, пятом этаже Новосибирской мэрии. Впрочем, эта странная комната была больше похожа на маленькую библиотеку, нежели на рабочее место. Книги были повсюду. Они лежали на полу, стояли на полках высоких книжных шкафов, теснили бумаги на столе, располагались на подоконнике и маленьком диване: Саша любила читать. Сегодня работы оказалось совсем немного, поэтому сейчас девушка сидела на подоконнике и держала в руках очередную бумажную любимицу, с детским любопытством изучая мир научной фантастики, светлое будущее высоких технологий, где нет ни войн, ни конфликтов между странами, существует единое для всех жителей Земли государство, а единым языком человечества признан русский. Правда, и в этой бочке мёда была ложка дёгтя: новый мир был создан только потому, что был уничтожен старый. И писатель не поскупился на эпитеты, в мельчайших подробностях описывая последнюю войну в истории человечества.
Александра отложила книгу и потянулась.
Какой красивый мир... Но то, что ему предшествовало... Люди всё больше и больше обращаются к теме ядерной войны. Жуткая мода. И не сомневаюсь, она не имеет под собой никаких серьёзных оснований. Даже во времена холодной войны странам удалось избежать этого. Если вспомнить Карибский кризис... Сейчас ситуация не настолько обострена. И в целом всё не так плохо...Наверное. Но кто знает, что будет завтра.
Она задумчиво посмотрела в окно. За тонкой прозрачной перегородкой, ограждающей комнату от внешнего мира, кипела жизнь. Люди деловито спешили куда-то по своим важным делам. Туда-сюда носились машины. Из зимней спячки окончательно пробуждалась природа. При желании, открыв окно и высунувшись наружу, можно было увидеть свисающие с крыши сосульки...
Девушка отвернулась от окна и тяжело вздохнула. Обхватила себя руками. В целом-то может и не плохо, но вот у них... Россию вновь начинали раздирать внутренние конфликты. Одни люди с пеной у рта требовали реформ, другие - отставки всей верхушки руководства, третьи не менее яростно критиковали идеи предыдущих, четвёртые и пятые отчаянно желали создания национальных государств, уже открыто ненавидя друг друга. Александра не понимала этих людей. Не понимала, почему они добровольно разваливали собственную Родину. Ведь можно и по-другому... Всегда есть несколько путей.
Этих людей было не так уж и много, если сравнивать с размерами населения Российской Федерации. Но Саша не сомневалась, что это временно. Кризис был заметен невооруженным взглядом. И скоро вполне могла начаться эпидемия.
А ещё были неэффективная система и слишком непохожие интересы, воспоминания, страхи, ценности у разных поколений. Культура, веками складывавшаяся в России, была разрушена за несколько лет большевиками. Тогда они все вместе строили коммунизм и были слепо уверены в своей правоте. Но ничего не вышло. Ценности, возникшие в годы существования СССР, не смогли выжить в новом обществе. Люди сбрасывали их, как ненужный балласт. Носители дореволюционной культуры уже были столь стары и малочисленны... А новую создавать было некогда. Страна вдруг оказалась без объединяющей национальной идеи. И каждый начал тянуть одеяло на себя.
Саша откинулась назад, опираясь спиной об окно, закрыла глаза.
Здесь всё будто замёрзло. Вот и эта "европейская болезнь" пока не добралась сюда. Да, есть сепаратисты. Да, были митинги. Да, люди устали от нынешней власти. Но всё это, за исключением последнего, не носит глобального характера. К счастью. Впрочем... Кого я обманываю? Протестные настроения не играют главную роль в регионе, где многие думают только о том, как бы прокормить себя и семью. 
Резко села прямо. Тряхнула головой, отгоняя неприятные мысли. Открыла глаза и молча уставилась в коридор. Она специально оставила дверь распахнутой. Любопытных взглядов можно было не опасаться: находящиеся здесь люди были погружены в работу, а посетители бывали на последнем этаже нечасто. Да и Саше было всё равно. Ведь сегодня должен был прийти Иван. Держать дверь закрытой казалось... неправильным.
Александра чуть нахмурилась. Из телефонного разговора с отцом она мало что поняла. Кажется, босс предлагал новую модель развития Сибири и Дальнего Востока. Но тот факт, что Брагинский решил оставить без присмотра своих людей во времена разгорающегося кризиса и лично рассказать ей о подробностях идеи, настораживал. Должна была быть действительно серьёзная причина для этого. Кажется, затевалось что-то крупное.
Саша спрыгнула с подоконника и замерла. Прислушалась. Чуткие уши легко уловили сквозь фоновый шум звук таких знакомых шагов. Через несколько секунд она увидела и самого Ивана. Остатки мрачных мыслей сразу же куда-то улетучились. За короткое время несколько метров были преодолены и с радостной улыбкой она обняла отца.

+1

3

Иван любил бывать у дочки. Его радовала её компания и вид из окна. Возможность просто раствориться в морозном воздухе, забыть на время о разрывающем на мелкие кусочки кризисе, выйти в укутанное снегом поле и встретить там призраков. Героев старого времени, чьи лица будто отпечатались на обратной стороне век. Иван чтит свою историю  не хочет их забывать. Ни одного. Иногда он заходит и к Морозу. Генерал стар, но никогда не против пропустить с Брагинским чашку другую чаю по-адмиральски. Сейчас русский только проходит мимо его дома и чуть морщиться из-за капельки, которая, скатившись по сосульке, попала ему прямо та нос. Снег тоже подтаял, местами жалобно хлюпает под ногами, но о приходе весны в этот край так сразу и не скажешь. Нужно просто жить тут и уметь отмечать детали, малейшие изменения. Нужно просто провести тут хоть одну зиму для того, чтоб прочувствовать приход весны. Кажется, что всё так же холодно, хотя градусник упорно показывает плюс. Говорят, что не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет , пока у тебя не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой. Иногда хочется рискнуть, попробовать замерзнуть. Но страны не могут совершать самоубийство, а у генерала на Ивана рука не поднимется. Наверное, это не тот настрой, с которым стоит идти на встречу, но от одной мысли, что он не сможет больше приходить сюда так свободно, становиться немного не по себе. О том, что его когда-то могут просто не впустить в дом и думать не хочется. Решение Босса кажется вроде и правильным, но какая-то часть Брагинского просто отказывается это понимать и принимать. Иван останавливается прямо напротив мэрии и на несколько секунд ему кажется, что у окна на четвертом этаже мелькает фигура. Русский рассеяно качает головой - совсем заработался. Россия Сибирью будет убывать. Всё к тому и шло, а Брагинский понимал, что менять ход событий не имеет права, равно как и удерживать Сашу.  Слишком горчило на языке с момента последней попытки накрепко привязать кого-то к себе. Впрочем, пришедшее в голову сравнение было неудачным и Иван поспешил от него откреститься. Стоять на улице было всё же прохладно, а потому Брагинский поспешил скрыться за дверями мэрии. В здании было на порядок теплей и контраст такой первое время был неприятен. Оказавшись возле лестницы Иван бросил быстрый взгляд вверх, туда, куда поднималась спираль перил. Момент подъема по ступенькам Брагинский как-то упустил и вернулся в реальность только в коридоре. Нужная ему дверь была открыта, будто приглашала войти. Ждала? Эта мысль проскочила внутри приятным теплым лучиком и Иван неосознанно поднял голову выше. Он хотел было постучать по дверному косяку, привлекая к себе внимание Александры, но она и сама его заметила, дала ступить  только один шаг вперед и сама шагнула навстречу, привычно так обнимая Брагинского и не давая даже шанса не ответить на объятия, избежать их. Иван, впрочем,  не особо рвался сбежать из чужих рук и мягко приобнимал дочку в ответ.
- Рад опять тебя видеть. - Брагинский чуть склонил голову на бок и мягко улыбался. Один ребенок пытался воспитывать другого. Было в этом что-то забавное, но иронии в конечном итоге оказалось больше. Совсем уже большая. Рано или поздно она всё равно захочет больше свободы. Иван быстрым взглядом окинул комнату - книги опять были приткнуты по всем углам и это не могло не вызвать улыбку умиления.
- Кстати, это тебе. - Иван с небольшим запозданием протянул Саше небольшую книжечку. На обложке витиеватыми буквами было выведено название - «Белорские хроники». Брагинский вообще не привык ездить в гости с пустыми руками, но сейчас скорее пытался оттянуть разговор. Хотя-бы потому, что сейчас русский не мог подобрать слов для его начала. Но тянуть было некуда.
- Ты ведь слышала о новом предложении Босса. Это касается твоего будущего,Саша.  - кажется, попытка рассказать дочери о новостях давалась Ивану даже трудней, чем ему хотелось-бы.
- Тебе будет предоставлена определенная самостоятельность и ты вольна распоряжаться ею на свое усмотрение. В рамках разумного. - Брагинский завел руки за спину и слабо сощурил глаза, чувствуя, как сказанные слова камнями скатываются с его плеч. Сибирь - девочка взрослая и разумная, ей многое по силам. В крайнем случае Иван хотел в это верить. А что ему оставалось делать, если оспорить это решение самостоятельно он не мог?

0

4

Пара минут детского счастья. И много, и бесконечно мало. Мгновения, возвращающие куда-то в прошлое, на несколько десятков, а то и сотен лет назад. Обнимать отца и чувствовать себя совсем маленьким восторженным ребёнком...было действительно здорово.
- Рад опять тебя видеть.
Знакомая, такая солнечная улыбка. Тёплые руки. Удивительного, аметистового цвета глаза. Образ,  приносивший спокойствие, уверенность и разгоняющий остатки холода где-то глубоко внутри. Как обещание, что всё будет хорошо. Саша счастливо улыбнулась. Она и сама была очень рада видеть Брагинского. Казалось, что отец ничуть не изменился после их последней встречи.
- Кстати, это тебе.
Чуть наклонила голову набок и с любопытством посмотрела на Ивана. Подарок? Перевела взгляд на то, что он держал в руках. Книга! Сибирь вновь улыбнулась. Немного необычная, но очень приятная для неё привычка России - каждый раз, приходя в гости, дарить хозяину дома что-нибудь. Это ещё больше усиливало нить связи с детством. Да и связь эта никогда не рвалась: Сашу вряд ли можно было назвать "взрослой". Например, сейчас, наверное, надлежало вежливо кивнуть, взять книгу, отложить её на стол, сесть на диван и начать серьёзный разговор, ведь Иван приехал именно за этим, но... Как там говорится в старой пословице? Работа не волк, в лес не убежит, верно? Она может и потерпеть несколько секунд. Или даже минут. Как получится.
Сделка с совестью прошла на удивление легко: видимо, последняя тоже была подвержена Сашиному любопытству. Девушка осторожна взяла из рук Ивана небольшую книгу. Медленно провела пальцем по названию. «Белорские хроники», Ольга Громыко. Александра узнала фамилию автора, но конкретно с этим произведением она не была знакома. Пока.
Саша раскрыла книгу на первой попавшейся странице. Бегло пробежала глазами несколько предложений. На пару мгновений поднесла её к лицу и, закрыв глаза, вдохнула запах бумаги. Улыбнулась. Перевела взгляд на отца. Благодарно кивнула. Да, Иван хорошо знал свою дочь.
Всё так же улыбаясь, вновь стала водить пальцем левой руки по изгибам и завитушкам букв. Хотелось немедленно приступить к погружению в новый воображаемый мир. Интересно, а я смогу читать и не путать несколько произведений одновременно?
- Ты ведь слышала о новом предложении Босса. Это касается твоего будущего,Саша. 
Вздрогнула. Палец замер на букве "н". Улыбка медленно сползла с лица. Девушка настороженно посмотрела на отца. Ощущение счастья развеялось, словно дым, не устояв перед холодным ветром реальности. Тело напряглось.
- Тебе будет предоставлена определенная самостоятельность и ты вольна распоряжаться ею на свое усмотрение. В рамках разумного.
Самостоятельность?! Александра испуганно отшатнулась от него. Мозг нарисовал мрачную картину распада РФ, смерти Брагинского и рабства Сибири. Широко раскрыв глаза, с ужасом уставилась на Ивана. Левой рукой крепко обхватила ладонь правой, расслабив последнюю. Упала книга. Звук мягкого удара немного привёл Сашу в чувство. Она закрыла глаза. Спокойно. Слишком бурная реакция. Ничего пока не случилось. То, что отец сказал не означает... Независимость. Это же босс. Под самостоятельностью он вполне может понимать с виду грандиозную, но на самом деле абсолютно незначительную вещь. Да-да, это наверняка игра на публику. Ничего серьёзного. А чтобы смотрелось более убедительно, рассказать об этом должен именно папа. Но... кризис?.. Нет, не хочу об этом думать. Глубоко вдохнула воздух. Открыла глаза. Резко выдохнула. Опустила руки. Указала пальцами левой сначала в сторону стоявшего на столе маленького электрического чайника, затем на Ивана, предлагая ему чай. Правой махнула в сторону дивана, приглашая Россию сесть. Развернулась. Нужно было вскипятить воду - кажется, сегодня ей придётся произносить много слов...
Щёлкнула кнопку чайника. Бросила рассеянный взгляд на завалявшийся среди книг и бумаг календарь. 20 апреля. Сознание услужливо подкинуло ассоциацию - 1889 год. День рождения Гитлера. Александра не была суеверна, но сейчас это казалось нехорошим знаком. Саша покосилась на полку, где стояли книги о ВОВ. Затем на Ивана. Почему именно сегодня?.. Да, в будущем ей лучше заранее обращать внимание на подобные мелочи...
Сибирь медленно подошла к дивану и встала напротив отца, опираясь спиной о книжный шкаф и держась пальцами за полку. Устало кивнула и, еле заметно нахмурив брови, вопросительно посмотрела на Брагинского, вложив в этот взгляд и "суть?", и "почему?", и "зачем?", и "как?". Скоро можно будет сделать чай. А пока лучше обойтись без лишних издевательств над собой.

+1

5

Улыбка. Работа от пяти до пятидесяти трех мышц. Способ выразить массу эмоций и чувств. Саша улыбается и ей это безумно идет. Брагинский редко бывает у неё и оттого ярче и резче кажутся перемены в ней. Взрослеет. Хорошеет. Чем-то так неуловимо напоминает сестер. От всего этого становиться хорошо и спокойно. Решимость дать ей свободу растет, укрепляется. Кажется, только сейчас Иван понимает план босса. Мало кто так сильно доверяет Брагинскому, так предано смотрит на него, так искренне любит.  В Сибири неспокойно, людей нужно подбодрить, задобрить. А Саша так или иначе не уйдет. Все мысли о взрослости не выдерживают напора детской искренности, любопытства, которые так и светятся во взгляде. Брагинский теперь мог выдохнуть спокойней - с подарком не прогадал и это было просто отлично. Дочка так и светилась, вызывая в глубине души родителя нечто, схожее с умилением. В такие моменты Иван почти забывал, что в таких ситуациях его заслуга в том, что отцом он был отвратительным. Впрочем, таким же и продолжает оставаться. Может, стоило начать издалека, подготовить Сашу к разговору. Может, не стоило вообще ехать - просто рассказать все по телефону и дать время примириться с обстоятельствами. Количество этих пресловутых "может" росло в геометрической прогрессии и так же быстро угасал огонёк любопытства в глазах Брагинской.  Его место занимал страх - холодный и колючий. И от Ивана девочка отшатнулась как от прокаженного, напуганная то ли его словами, то ли своими предположениями касаемо этого самого будущего. И не Брагинскому её винить - он сам сделал не так уж много для того, чтоб она перестала испытывать страх перед миром. Медленно подняв упавшую книгу, Иван тихо вздохнул.
- Ну что же ты так... - Брагинский рассеяно улыбнулся. Подбирать слова было тяжело. Тяжелей, чем ожидалось. Отложив книгу на стол, Иван предпочел воспользоваться приглашением сесть и быстро кивнул, соглашаясь на чай. Ему казалось, что сейчас лучше просто соглашаться. То, что Саша и слова еще не произнесла, Ивана несколько тревожило, равно  как и то, что взгляд её сейчас метался от угла к углу и Брагинский не мог понять, что именно она пытается увидеть. Будто искала зацепку какую, нечто, что могло позволить принять верное решение, сказать нужные слова. И не находила, а оттого выглядела еще более встревоженной. Но когда взгляд Саши остановился на нем, Иван почувствовал себя несколько неловко. Неуютно даже.
- Предлагается новая версия законопроекта по развитию Дальнего Востока и Сибири. Частичный выход из-под федеральных законов и, соответственно, покровительства России. - Брагинский старался как можно более дословно воспроизвести текст документа, который читал накануне. Что-то ему подсказывало, что память его подводила.
- Отчасти это задумано ради успокоение людей. Чтоб мелкие волнения не переросли в нечто более серьезное. А отчасти... Ну, скажем так, полную свободу в случае необходимости отвоюешь малой кровью. - Иван искренне надеялся, что до этого не дойдет. Но нельзя и отрицать, что он был прав. Отлучение от законов, выход из-под протектората - все это предусматривало ослабление связи, зависимости Сибири от России. Чем слабей эти связующие ниточки, чем меньше их, тем легче получить полную свободу. Судя по тому, как сильно Саша была напугана его словами, мысли о самостоятельности не мелькали даже на горизонте. Но когда-то это все равно произойдет. Иван знает.

0

6

Более не актуально.

0


Вы здесь » Комнатный проект Dark Hetalia: the Dead Nations » Мавзолей "DH: NWD" » Предложил тебе свободу - ты сказала: "Не возьму" (Россия,Сибирь)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC